Я вздохнул. Предсказуемо.
Поездка в клинику и наполнение Сосуда отменяется. Сейчас нужно спасать не живых, а мертвых.
Глава 16
Голос Мёртвого на том конце срывался в истерику — редкое явление для человека, который препарирует трупы с энтузиазмом ребенка, разбирающего новую игрушку.
— Всеволод, — я говорил специально вкрадчиво. Иногда это помогает людям сосредоточиться. Как пощечина, только вербальная. — Остановись. Сделай глубокий вдох. Выдох. Еще раз. Хорошо. Теперь отвечай на вопросы четко и по существу. Ты пробовал его выключить?
— Выключить? — голос Мёртвого дрогнул от непонимания, словно я предложил ему станцевать балет в морге. — А как? У него же нет кнопки питания! Это не телевизор! Это сложнейший некромантический конструкт!
О тьма. Человек изучал запрещенную литературу, потратил целое состояние на редкие компоненты, сшил из кусков мертвецов двухметрового монстра, но не знал, что в него нужно заложить базовую команду деактивации. Это как построить автомобиль без тормозов — технически возможно, но чертовски глупо.
— Ясно, — я потер переносицу, чувствуя приближение головной боли. Не физической — та мне не грозит благодаря регенерации. Ментальной. — А базовые команды управления ты закладывал? Аварийный протокол? Систему перезагрузки? Или только двигательная активность у конструкта имеется?
— Я… я думал, главное — оживить! — оправдывался он. — В тех книгах, что я читал, писали только про сам процесс создания! Про управление там было так… вскользь… парой строк…
— Потому что некоторые авторы не могут разжевать читателю простые вещи… Эх, прошли те времена, — усмехнулся я себе под нос. Громче добавил: — Постарайся его как-то успокоить. Держи подальше от острых предметов и окон. И от людей. Особенно от людей. Сейчас буду.
Я отключился и поднял взгляд. Вся моя необычная компания смотрела на меня с напряженным ожиданием.
Костомар замер с поднятой вилкой — кусок бекона забавно покачивался на зубцах. Ростислав завис в воздухе, забыв даже изображать процесс нюхания завтрака — а он до этого так увлеченно играл в «я тоже ем», что иногда сам верил. Вольдемар наконец-то отвлекся от созерцания стены и уставился на меня немигающим взглядом покойника. Что, собственно, соответствовало действительности.
Даже Нюхль перестал грызть кость и уставился зелеными глазницами. В тишине было слышно, как капает слюна с его костяных челюстей на пол.
Кап. Кап. Кап.
Кирилл вообще подался вперед так сильно, что чуть не упал со стула. Балансировал на самом краешке, держась за стол побелевшими пальцами.