— Очень обнадеживает. Спасибо за моральную поддержку, учитель.

— Ростислав, ты идешь со мной, — повернулся я к призраку, игнорируя сарказм ученика. — Будешь моими глазами и ушами там, куда я сам не могу заглянуть. Стены, потолки, подвалы, крыши — твоя стихия.

— Есть, командир! — призрак отдал шутливый салют, который выглядел комично, учитывая его полупрозрачность. — Разведка, шпионаж, подглядывание в замочные скважины и дамские будуары — моя специальность еще с гвардейских времен! Сто лет опыта в вашем распоряжении!

— Только без самодеятельности.

Я отпустил водителя, великодушно дав ему день отдыха после ночной разведки. И теперь остался без транспорта в критический момент. Прекрасное планирование, Архилич. Придется добираться своим ходом.

— Вызову такси через приложение, — решил я, доставая телефон. — В конце концов, двадцать первый век на дворе. Ростислав, в машине будь невидимым для водителя. Не хочу объяснять, почему со мной едет призрак в гвардейском мундире образца тысяча восемьсот двадцать пятого года.

— Я ем грунт? — Костомар показал костлявым пальцем на дверь с вопросительной интонацией.

— Да, нам пора выдвигаться. Присматривай за мальчишкой. Обучай его основам рукопашного боя, если будет время. И не ешь его, если он будет слишком надоедать вопросами.

— Я ем грунт! — возмущенно воскликнул скелет, всплеснув руками.

— Он сказал: «Я не ем людей, только грунт, желательно суглинок с примесью глины», — перевел я для Кирилла.

— Надеюсь, ты прав насчет перевода, — пробормотал парень, косясь на скелет. — А то остаться один на один с голодным мертвецом — не самая радужная перспектива.

Такси — обычная белая машина с шашечками — довезла меня до элитного жилого комплекса за двадцать минут. Всю дорогу водитель, полный мужчина лет сорока с залысинами и потным лицом, жаловался на пробки, погоду, правительство и жену.

Периодически он поеживался от исходящего от невидимого Ростислава холода, крутил ручку отопителя и ругался на «проклятый кондиционер».

— Что-то климат-контроль совсем с ума сошел, — пробормотал он, в очередной раз поежившись. — Дует прямо ледяным воздухом, как из морозилки. В сервис надо, пока совсем не сломался.

— Осень, — коротко ответил я. — Перепады температур. Техника не выдерживает.

— Это точно! У меня теща так же говорит — техника нынче не та, что раньше. Вот было время при Императоре Павле…

Я отключился от его монолога, глядя в окно. Москва проплывала мимо — серая, дождливая, равнодушная. Город-монстр, пожирающий людей и их мечты. И где-то в этом монстре была и Анна. Живая или… нет, не стоит думать об этом.