Детские игрушки. Красивые, дорогие, редкие, исторически ценные… но игрушки.

Безделушки для богатых аристократов, желающих почувствовать себя магами. Ничего фундаментального. Ничего, что могло бы снять проклятие Архилича или вернуть хотя бы десятую часть моей былой силы. Ничего, что изменило бы баланс сил.

Коллекция богатого дилетанта, собирающего красивые, но бесполезные вещи. Как коллекционеры марок или монет — много страсти, мало практической пользы.

Чем дальше я шел, тем мрачнее становилось мое лицо. Граф следил за моими реакциями, и его энтузиазм явно угасал:

— Ну как? Впечатляет? Некоторым экспонатам по пятьсот лет!

— Безусловно впечатляет, — соврал я, стараясь звучать вежливо. — Великолепная… музейная коллекция.

«Музейная» — ключевое слово. Вещи для витрины, не для использования. Антиквариат, не оружие.

Пора было действовать решительно. Тактичность и вежливость не принесли результата. Значит, время для грубой силы и манипуляций.

Я развернулся к графу, позволив разочарованию отразиться на лице:

— Ваше сиятельство Платон Игоревич, я думал, что дорог вам. По-настоящему дорог.

— Конечно дороги! — он выглядел искренне удивленным. — Вы спасли Аглаю! Вернули ее душу! И спасли меня!

— Я спас вашу единственную дочь. Вырвал ее душу из небытия, из лап смерти. Провел уникальную операцию, которую никто в мире не смог бы повторить. Ни один маг, ни один целитель, даже Архимаг Империи. И в благодарность я ожидал увидеть настоящую коллекцию хранителя Империи. Сокровища, достойные вашего положения. А не… — я обвел рукой стеллажи, — не это. Не то, что можно найти у любого богатого барона или на черном рынке.

Изначально я рассчитывал, что граф сможет провести меня в императорское хранилище. А не сюда.

Граф побледнел, потом покраснел:

— Но… но это уникальные артефакты! Бесценные! Некоторым по триста, четыреста, пятьсот лет! Это история Империи!

— Возраст не равно качество, граф.

Я сделал шаг вперед. Медленный, размеренный, угрожающий. Позволил крошечной капле некромантической ауры просочиться наружу. Совсем чуть-чуть — как аромат духов, едва уловимый, но бьющий в цель.

Температура в помещении упала на пару градусов. Незначительно, но достаточно, чтобы граф поежился. Тени в углах стали гуще, глубже, чернее. В них на мгновение мелькнули силуэты — кости, черепа, тянущиеся руки.

Граф инстинктивно отступил на шаг.

— Государственное хранилище, граф, — мой голос стал тихим, вкрадчивым, похожим на шелест савана. — Главное хранилище Империи. Я знаю о его существовании. Знаю, что вы, как глава рода хранителей, имеете к нему доступ. Право инспекции раз в год для проверки сохранности. Знаю, что там хранятся настоящие сокровища. Артефакты Основателей. Реликвии Темных веков. Оружие забытых войн. Предметы, способные изменить мир, переписать реальность, сломать законы физики и магии.