— Как же так... — Ксения осеклась. — Простите, командир. Мы никогда не говорим одним видам Соглашения о ключевых особенностях других членов...

— Это Толла, — сказал Уолр с глубоким почтением в голосе. — Точнее, Толла-нуб, дарственный сегмент местного Двести шесть — пять.

— Ты знал? — воскликнул Горчаков. — Марк! Доктора!

— Уже, — подтвердил Марк.

— Бесполезно, — сказала Ксения, коснувшись руки феольца. — Он убил себя час или два назад, тело уже остыло. А Толла убит ударом в мозг.

— Какой ещё Толла! Толла — крошечный червь... — Валентин осёкся.

Он вдруг увидел, что на обоих концах многоножки имеются маленькие выступы, поразительно схожие с Толлой. Если предположить, что основная часть тела куда-тоисчезнет , как-тосложится ... то оставшееся будет выглядеть, как маленький симбионт.

Но куда прячется масса симбионта?

А где он берёт энергию для существования, неужели гуманоид-носитель способен прокормить такое огромное существо?

Отходы куда деваются? Или пищеварительная система Двести шесть — пять работала за двоих?

Горчаков вдруг представил себе, как та часть многоножки, которая обычно находится в двухмерности, что-то там ест, что-то выделяет, быть может, взаимодействует с другими особями.

А что же такое находится в обычном мире, принимаемое всеми за истинного симбионта?

Валентин подумал, что даже не хочет этого знать.

Его начало подташнивать.

— Мы предполагали это. — Уолр мягко коснулся его руки. — Видите ли, командир Горчаков, столь крошечный организм не способен мыслить, да и его влияние на мораль очень сомнительно. В то же время Феол использует живые корабли, которые перемещаются через двухмерность и всегда частично в ней скрыты. Родство ползунов и лучшей части феольцев не вызывает сомнений, и мы предположили, что общность происхождения...

— Не просто общность. Симбионт — это личинка ползуна, — тихо сказала Ксения. — Они живут дольше, чем гуманоидная особь, и никогда не меняют хозяина, эмоциональный контакт слишком силён. После смерти гуманоидной особи симбионт либо уходит жить в моря, что происходит чаще, либо становится ползуном.

— Как же вы достали со своим тайнами! — прошептал Валентин. — Если бы мы знали...

— То что? — спросила Ксения. — Вы бы ещё больше опасались феольцев. И это ничего бы не изменило.

— Тогда, быть может, вы понимаете, что тут произошло? — спросил Валентин. — Кто их убил? Симбионт вылез в обычное пространство и напал на носителя, тот защищался?

— Конечно же, нет! — резко ответила Ксения. — Они решили совершить самоубийство. Толла вышел и раскрылся. Двести шесть — пять убил его ударом в мозговой центр, а потом зарезал себя.