– Уж не хочешь ли ты сказать, что в случае, если ты умрешь первым, моя надежда может осуществиться? Похоже, ты уже теперь думаешь о своем раскаянии как о чем-то неизбежном. Пойми меня правильно, я меньше всего желаю твоей смерти, но в моем нынешнем положении трудно отогнать от себя эти мысли. Если ты уйдешь первым и при этом уйдешь, не раскаявшись, мы сS***ko обречены страдать до конца наших дней. Когда-то я сказал: спасая тебя, я сам обрету спасение, – но разве это не так? Ключ к моему спасению находится в твоих руках. Счастье и несчастье всей моей жизни зависит от одного-единственного слова, произнесенного тобой на смертном одре. На карту поставлена моя судьба. Запомни это хорошенько.

– Не беспокойся, запомню и постараюсь сделать все, чтобы не дать твоей надежде осуществиться… –В закашлялся, и лицо его исказилось, словно в предчувствии близкого конца. – Что бы ни произошло, на мою помощь не рассчитывай. Я говорю это не по злобе, не из ехидства. Чтобы понять весь ужас моего одиночества, ты должен испить до дна чашу своих страданий. Какой бы мучительной ни казалась тебе твоя нынешняя жизнь, у тебя все еще остается надежда на будущее, ты видишь перед собой свет, как и положено истинному поборнику добра. Но все это – не более чем призрак, мираж. Вкусив одиночество в полной мере, ты узнаешь подлинную цену своей добродетели и сможешь по-настоящему понять меня, злодея. Если ты и впрямь любишь меня, прими все выпавшие тебе страдания и не ропщи на свою загубленную жизнь. Я же взамен готов принять ожидающие меня предсмертные муки. Как бы тяжко мне ни пришлось, я сохраню верность себе и своему злу. От имени всех злодеев спешу заверить тебя, что покаянные слова, произносимые ими на смертном одре, не идут от сердца – они проистекают от помутненного сознания и малодушия. Страх смерти заставляет злодея притворяться и протягивать руку своему врагу. Но если бы каким-то чудом он вдруг воскрес из мертвых, то начал бы снова творить зло. Злая душа, даже уязвленная страхом смерти, не может быть уничтожена. Как истинный мученик за свою веру готов поклясться: чтобы свидетельствовать о реальности зла и не запятнать своей злодейской чести, я намерен до последнего вздоха противостоять вам, поборникам добра, и встретить смерть, не дрогнув душой. Я хочу уйти из жизни достойно, сказав тебе на прощание: «Мне тоскливо и горько, но я ни в чем не раскаиваюсь. Этого не позволяет мне моя злодейская совесть». Я не перестаю молить судьбу о том, чтобы на пороге смерти мужество меня не покинуло. Не сочти это за издевку, но после всего, что ты здесь наговорил, я стану молиться об этом с еще большим усердием.