Я лежу, глядя в белый потолок, и по щекам текут безмолвные слезы отчаяния.
Мой живот вспорот, но то, что меня калечит, нельзя увидеть обычным зрением…
А значит, и удалить…
Как только мне разрешают взять телефон, звоню Резникову. Шелестящим, как листья на ветру, голосом сообщаю, что нахожусь в больнице. Мне невыносимо хочется, чтобы он был рядом…
Адвокат приезжает через час. Ему как-то удается обойти строгие больничные правила. Появляется на пороге палаты в идеально сидящем костюме, расфокусированным, тревожным взглядом сканирует кровать, капельницу и мое бледное лицо без кровинки.
Проходит, садится на край постели, отбрасывая все формальности, и сообщает:
— Лена, поговорил с лечащим врачом. Там никакой патологии не обнаружено.
— Я знаю, — шепчу пересохшими губами.
— Хирург считает, что это психосоматика. Нервный срыв, давший физическую реакцию.
— Это тоже знаю.
Мы оба молчим, боясь озвучить то, что висит в воздухе.
Олег осторожно, чтобы не задеть иглу катетера, берет меня за руку. Его большие, горячие пальцы переплетаются с моими, ледяными и тонкими. Большой палец мягко поглаживает костяшки.
— Что будем делать, Лен? — тихо спрашивает, глядя мне в глаза так глубоко, что достает до самой истерзанной души. — Ты же убиваешь себя.
Пожимаю плечами. Сил бороться больше нет. Я сдаюсь: будь что будет.
Я уже готова умереть, потому что так жить невыносимо.
Видя мою абсолютную покорность и беззащитность, Резников тяжело сглатывает.
Наклоняется ко мне. Ближе. Еще ближе. Его терпкий аромат окутывает, отгоняя запах больницы и лекарств.
Олег зажмуривается, словно шагая в пропасть, и нежно целует меня в сухие, потрескавшиеся губы…
Этот поцелуй не имеет ничего общего со страстью. В нем обещание защиты. Клятва, что он меня не бросит, даже если я сама от себя откажусь.
И отвечая на осторожное, бархатное касание, я впервые за эти адские недели начинаю чувствовать надежду, что все будет хорошо…
Не сейчас, но когда-нибудь…
Глава 20
Иногда, чтобы спасти человека от иллюзий, нужно сделать ему больно
Олег Резников
Дина… Что мне делать с этой влюбленной по уши дурочкой?..
Потираю двумя пальцами переносицу, глядя поверх монитора на свою помощницу, которая возится у кофемашины. Она продолжает смотреть на меня взглядом побитой собаки, заглядывать в рот и ловить каждое слово.
Раньше была бойкая, пышущая здоровьем хохотушка, с которой было легко и комфортно работать. Идеальный винтик в механизме моей конторы. А теперь… теперь это ходячая катастрофа.
Казалось, я уже дал понять, что у нас ничего не выйдет. Максимально корректно, но твердо очертил границы. Но помощница вдруг решила похудеть.