Луна вылезла из прорехи в облаках и осветила своим бледным сиянием находящихся в комнате. Лицо Гордиевского, что до этого терялось в сумраке, прорисовалось ясно и отчётливо. На лице этом отразились лихорадочные мысли предателя.

Эти сведения не казались мне достоверными на сто процентов, обиженные коллеги могли после его бегства многое присочинить. Да и в интернете чего только не напишут. Но тут я понял, что попал в самое яблочко.

— Откуда ты узнал? — проговорил он, в голосе сквозила растерянность и досада. — Это, а ещё о томике Шекспира…

— Путём агентурной работы, — отрезал я.

Говорить с ним не было никакого смысла. Скоро всё решится. А дальше… Дальше, через время, с ним будут беседовать другие люди. Вооружённые шприцами со специальным веществом — которое сделает разговорчивым всякого. А потом с ним поговорит прокурор. И беседа эта будет односторонней.

Или же всё сложится по-другому. И вооружённые злой фармакологией люди с продолговатыми англосаксонскими лицами будут говорить уже со мной. Вот в этом направлении думать мне не хотелось.

— Ничего, позже всё расскажешь, — свернул глазами Гордиевский, лишний раз подтверждая мои тревожные мысли.

Он подался вперёд и уставился на меня, пристально и недобро.

— Сейчас, когда будем брать агента, — процедил он сквозь зубы, — не вздумай даже рыпнуться. В случае чего тебя положат первым. Такой у этих людей приказ.

«Эти люди» взглянули на меня, как будто уже прицеливались из своих пистолетов крупного калибра. В их застывших фигурах мне почудилось нетерпение. Кажется, они поняли, о чём идёт речь.

— Постарайся нас не провоцировать, — мрачно произнёс один, естественно, по-английски. — Здесь, недалеко от дома, мы стараемся делать работу чисто. Здесь всё-таки не Африка и не Пакистан.

Он неприятно ухмыльнулся.

— Но в случае чего, — добавил второй, — мы можем и так, как в Африке и Пакистане. На самом деле оно везде одинаково. Надо только получше заметать следы.

Это был тот, с кем я уже пересекался. На его широкой морде ещё остались следы нашей встречи. И он наверняка догадывался, что случилось с его коллегами на колумбийском корабле. Было вполне понятно, что он пристрелит меня, только дай я ему малейший повод. А может, повода ему для этого и не понадобится.

Со стороны лестничного проёма послышались быстрые шаги, оттуда высунулся третий англичанин.

— Кто-то подъехал! — сообщил он. — Машину оставил на дальнем повороте. Один человек, движется сюда, будет минут через пять.

Принеся эту новость, дозорный побежал назад, наблюдать дальше.

Британские специалисты по «мокрым» делам спокойно переглянулись. И отправились занимать места по обе стороны от входных дверей.