— Всё, заселяемся, — сказал я и, окинув обоих строгим взглядом, добавил: — Хозяин дома НЕ оборотень. Так что оба закрыли рты и молча зашли внутрь.

Хозяин пригласил нас к столу. Мы были настолько голодны, что готовы были есть что угодно. Но когда он поставил перед нами тарелки, мы замерли.

Спаржевый суп.

Мы переглянулись. Ари умоляюще посмотрела на меня. Я недоумевающе посмотрел на Леона. Леон гневно посмотрел на суп. Суп ехидно посмотрел на нас.

— Картошка есть? — спросил я хозяина.

Тот удивлённо кивнул.

Я повернулся к Леону:

— Лёня, ты нам нужен. Вернее, твой кулинарный дар.

Леон тяжело вздохнул, молча поднялся и пошёл на кухню. Через полчаса мы ели картофельный суп и я понял, что жизнь налаживается. Временно, конечно, но налаживается.

После ужина Леон уже болтал с хозяином. Расспрашивал про деревню, про дорогу в Виндхольм, про урожай. Хозяин сначала отвечал сдержанно, потом оживился, потом уже сам не мог остановиться. Леон умел это делать — включать людей, заставлять их говорить, просто искренне интересуясь тем, что они рассказывали.

Я сидел в углу и наблюдал. Старый Леон возвращался. Медленно, натужно, но возвращался. Он ещё не шутил и не смеялся в голос, как раньше, но он снова разговаривал с людьми и это было хорошим знаком.

Мы завалились спать и отрубились мгновенно. Весь день верхом и божественный картофельный суп сделали своё дело.

Утром Ари разбудила меня, тряся за плечо. Я с трудом разлепил глаза и обнаружил её лицо в нескольких сантиметрах от моего, с подозрительным выражением.

— Ты где всю ночь был? — спросила она. — Я замёрзла.

— Если ты замёрзла, то стоит теплее одеваться, — зевнул я, с трудом ворочая языком.

— Действительно, выглядишь так, как будто всю ночь не спал, — заметил Леон, уже одетый и с кружкой отвара в руке. — Опять тренировался?

— Нет. Меня отвлекли, — зевнул я снова.

— Отвлекли? — заинтересованно подняла бровь Ари.

Я отмахнулся от её вопроса, давая понять что не собираюсь обсуждать это прямо сейчас:

— Давайте завтракать и отправляться в дорогу.

* * *

Виндхольм

Генрих стоял у окна и смотрел на пустую улицу. Дом, который нашёл Варус, был неприметным — серые стены, низкая крыша, узкий двор. Один из десятков таких же домов на окраине Виндхольма. Идеальное место, чтобы спрятаться. Идеальное место, чтобы сойти с ума от ожидания.

— Сколько ещё? — спросил он, не оборачиваясь.

— Сколько понадобится, — ответил Варус из глубины комнаты. Бывший военный сидел за столом и чистил клинок. Методично, привычно, как делал это каждый вечер.

Генрих стиснул зубы. Ему было девятнадцать лет и последние недели он провёл, прячась по чужим домам, убегая из города в город. Он не для этого родился. Не для этого его отец, король, готовил к престолу.