— Я спокоен! — взбрыкнул он.

— Нет, — покачал я головой. — И надеюсь, что ты поймёшь нас.

Мы затащили его в заброшенный амбар поблизости, привязали к столбу и оставили с Ромашкой.

— Ты трус, Максимус! — крикнул Леон мне в спину, когда я уходил. — Трус! Пока ты прячешься и строишь планы, наследник может погибнуть!

Я остановился в дверях и обернулся:

— Не нужно путать храбрость и идиотизм, Лёня.

Он ничего не ответил, лишь отвернулся к стене.

Мы с Ари вошли в город порознь. Она — через главные ворота, я — через боковую калитку у рыночной площади, которую подсказал нам торговец на дороге. Мы договорились вернуться к амбару окраине через два часа.

Два часа я бродил по Виндхольму, слушал, смотрел, запоминал. Зашёл в три таверны, поговорил с десятком людей, купил кружку эля и половину чёрствого пирога. Город жил в напряжении — это чувствовалось в том, как люди замолкали при виде незнакомца, как озирались на перекрёстках, как торговцы прятали товар под прилавки раньше обычного.

Когда я вернулся на точку сбора, Ари уже ждала меня. По её лицу я понял, что разведка прошла не очень.

— Ненавижу людей, — холодно сообщила она вместо приветствия.

— Я тоже рад тебя видеть в целости и сохранности, — усмехнулся я.

— Не начинай, — закатила она глаза. — Два часа. Целых два часа я улыбалась, кивала и слушала чужие истории про урожай, детей и больные колени. Ты хоть представляешь, каково это?

— Какой кошмар! — воскликнул я, вскинув руки. — Это называется «общение».

— Это называется «пытка», — отрезала она. — И после всего этого я выяснила ровно ничего. Так что только посмей сказать, что ты тоже ничего не узнал.

Я виновато опустил голову.

— Серьёзно⁈ — не выдержала она.

— Шучу, выяснил, — улыбнулся я. — Просто не мог не подколоть.

— Шут… — презрительно выдохнула она.

— В городе усиленные патрули с позавчерашнего дня. На подходе подкрепление — золотые доспехи из столицы и отряд из Тира. Полагаю, это тот самый молодой стражник с нечеловеческими глазами, — нахмурившись, сказал я.

— Это всё здорово, — Ари скривилась. — Но давай лучше про наследника.

— Он прячется, — сказал я. — И ему помогает в этом профессиональный военный, который всю жизнь только этим и занимался. Ты полагаешь, что кто-то случайно наткнулся на наследника в таверне за кружкой эля и потом рассказал это первому встречному, когда вокруг снуют толпы стражников?

— То есть ты тоже ничего не выяснил? — сухо сказала она, а затем добавила: — Леон бы точно узнал что-то полезное…

Я помолчал, потому что то, что я собирался сказать, мне самому не нравилось: