Я оделся, спустился вниз. Анна Ивановна уже накрывала завтрак, и запах свежей выпечки смешивался с ароматом заваренных трав. Арина и Лиля сидели за столом, Арина — с перевязанным плечом, но уже одетая, готовая к выходу.

— Тебе сегодня нельзя, — сказал я, садясь напротив.

— Я не на турнир, — ответила Арина. — Я с вами.

— Нет, — я покачал головой. — Ты остаёшься здесь. Альберт будет с тобой.

— Андрей…

— Арина, — я посмотрел на неё твёрдо. — Ты не боец сегодня. Не рискуй.

Она хотела возразить, но Лиля взяла её за руку.

— Останься, — тихо сказала Лиля. — Пожалуйста.

Арина вздохнула и кивнула.

Альберт подал машину. Мы сели на заднее сиденье. Леонид держал в руках планшет с картой столицы и что-то бормотал себе под нос.

— что-то интеречное пишут? — спросил я.

— Нет, — ответил Леонид, не поднимая головы. — Просто проверяю маршрут.

Игорь молчал. Он смотрел в окно на проплывающие улицы, на дома, на людей, спешащих по своим делам.

Торговый центр встретил их шумом и суетой. Люди сновали туда-сюда с пакетами и сумками, дети бегали между витрин, продавцы зазывали покупателей. Я огляделся, запоминая выходы, лестницы, эскалаторы.

Мы поднялись на третий этаж, где было тише, и сели на скамейку у фонтана. Вода струилась по каменным чашам, и этот звук почти заглушал гул толпы.

Через десять минут к нам подошла женщина. Она была невысокой, худой, с короткими тёмными волосами и усталым, измождённым лицом. Одежда на ней была простой, неброской, но я заметил, что ткань дорогая, а туфли — ручной работы. Владимир явно не экономил на своих людях.

— Вы барон Росомахин? — спросила женщина, останавливаясь в двух шагах от скамейки.

— Да, — я встал. — А вы?

— Меня зовут Елена. Каракуртов сказал, вы хотите узнать о Кречете.

— Хочу.

Елена огляделась, потом села на скамейку, положив сумку на колени.

— Я работала на него пять лет, — начала она, не глядя на меня. — Вела его расписание, организовывала встречи, подбирала персонал. Я знала всё — кого он любит, кого ненавидит, кого боится.

— Чего он боится? — спросил я.

— Рода Росомахиных, — Елена подняла глаза. — Вашего деда. Он убил его, но до сих пор не уверен, что тот не вернётся.

— Как убил?

— Несчастный случай на охоте, — Елена усмехнулась. — Так было записано в документах. Но я видела свидетеля, который рассказал правду. Кречет сам стрелял. И стрелял в спину.

Я сжал кулак. Внутри Алиска зарычала.

— Почему вы сбежали? — спросил он.

— Потому что он приказал убить моего мужа, — голос Елены дрогнул. — Мой муж узнал то, чего не должен был знать. Кречет не прощает таких ошибок.