— Нет, спасибо, посидим в тишине, — огласил свой вердикт Сенька. Как раз вчера он завершил операцию «Меломан», накупив десятка два дисков и отрывался с хорошим звуком до самой ночи. Одну песню, в которой шел дождь и какой-то мужик надсадно вопрошал, что такое смерть*, Сеня прослушал раз пять подряд, потом отложил пластинку в сторону и пробормотал под нос, что надо будет ее обязательно выбросить. Так что сегодня музыки, тем более из радио, ему уже не хотелось.

Специалист по авиации оказался вполне себе обычным мужчиной, слегка полноватым, со смешной круглой проплешиной на темечке, напоминавшей тонзуру у католических монахов. Белая рубашка в синюю блеклую полосочку заметно взмокла подмышками. От самого специалиста густо пахло каким-то ядрёным советским одеколоном.

— Николай, — представился мужчина, грузно опускаясь на переднее пассажирское сиденье и поворачиваясь вполоборота к Сене с Надей. — Какие проблемы?

— Ленинабад, нас двое — так же лаконично ответила Надя. — Как можно быстрее.

— Блииин, — тяжело вздохнул Николай. — Вот это заказик, ничего не скажешь. — он подумал немного, шевеля губами, полистал пухлую записную книжку и огласил приговор: — Двести. Деньги вперед.

— Я понимаю, что ничто так не укрепляет веру в заказчика как стопроцентная предоплата, — спокойно ответил Сенька, — но нет. И не в деньгах дело, мы заплатим. Половина сейчас, половина у трапа самолета.

— Про предоплату надо запомнить, это ты хорошо сказал, — хмыкнул Николай, вытирая свою проплешину не очень свежим на вид носовым платком. — Половина так половина. Телефон свой продиктуйте, я сообщу, когда и что. Сегодня всё и узнаю, наверное.

* * *

Поиски нужного варианта заняли у Николая всего три часа. По крайней мере, именно через сколько он позвонил и бросил в трубку:

— Сегодня в семь вечера заеду за вами. Вещи, документы не забывайте. Еду и воду с собой, там угощать вас некому будет.

В итоге Надя нарубила финского сервелата на бутерброды из расчета на месяц кормежки одной роты голодных солдат. Посмотрев, как она собралась варить десяток яиц, Сенька не выдержал:

— Выбросить придется. Там сейчас жара градусов пятьдесят, небось. Так и прокатаем яйца, пока они не взорвутся. Навсегда не запасешься. Ладно, я в магаз, за водой.

Специалист по авиаперевозкам приехал на стареньком «Москвиче», наверное, самой первой модели. Несмотря на древний вид, машина ехала уверенно.

— Отец купил еще в пятидесятом. Зверь, а не машина, — похвалился Николай. — До сотки, конечно, никогда не разгонялась, но шестьдесят топит за милую душу. За тридцать лет ни одного крупного ремонта.