Сеня пошел в кассу и просто спросил, как там рейс до Душанбе, приземлился ли, а то родственники улетели и он за них переживает. Улыбка от уха до уха в тот момент, когда он повернулся, говорила сама за себя. Надя побежала к нему, обняла и поцеловала в губы.

— Постыдились бы, — голосом, способным заморозить Сырдарью, попеняла какая-то женщина. — Здесь дети!

— Завидуйте тише, — сказала ей Надя и показала язык. — Получилось, Сенечка, получилось! Мы же молодцы, правда?

— Конечно, молодцы, — Сенька, не отпуская ее из объятий, поцеловал в ответ, чем вызвал у наблюдавшей за ними дамы приступ зубной боли. — Пойдем, здесь у нас всё.

— Что делать будем? — спросила Надя, когда они вышли из здания аэропорта.

— Уезжать, наверное. Вон, Бахтияр сейчас расскажет, что и как нам делать.

Бахтияр и вправду стоял в десяти метрах от них, приглашающе открыв заднюю дверцу машины.

— Проходите, пожалуйста. Я увидел, вы идете, значит, такси точно надо будет. Так зачем кто-то повезет, если есть Бахтияр? — таксист сегодня блистал рубахой всех цветов радуги, очевидно, она должна была поразить всех в самое сердце.

— Расскажи нам, дорогой товарищ, — сказал Сеня, когда они сели в машину и тронулись с места, распугав стайку местных воробьев, приступивших к растерзанию какой-то еды на обочине, — а как нам попасть отсюда в Душанбе?

— Лучше всего на самолете, — ни секунды не думая, сказал Бахтияр, закладывая лихой поворот, — но он улетел и свободных мест там нет. Так что этот транспорт вам не подходит. Потом на такси, конечно. А потом на автобусе. Она очень плохо едет, будете утром садиться и ночью выходить, совсем без ног остаетесь, — поцокал он языком. — Не надо автобус.

— А сколько же километров ехать? — уточнила Надя.

— Где-то триста двадцать, триста сорок, вот так приблизительно, — сказал Бахтияр. Было видно, что ему приятно показать свои знания. — Примерно восемь часов ехать. Если с Бахтияром — шесть, — он широко улыбнулся, гордясь своим превосходством над другими водителями.

— Поехали, — решил Сенька. — Сейчас три часа, заберем вещи, к вечеру в Душанбе. Или у тебя другие планы? — спросил он таксиста, сильно округлившего глаза при новости о возможности прямо сейчас взять заказ мечты.

— Сто пятьдесят рублей, — быстро сказал Бахтияр. Было понятно, что цену он заломил, но Сеня спорить не стал.

— Согласны, поехали за вещами.

* * *

Конечно же, в три никто не выехал. Пока собрали вещи, пока пообедали, заправили машину, уже было начало пятого. Но таксист весь светился от переполнявшего его оптимизма.

— Жаль, конечно, что я вам город не показал, не подумал совсем, — сетовал он. — Вы знаете, что наш город построил Александр Македонский? Два с половина тысяча лет стоит и ничего с ним не случился! — он рассказывал это с такой гордостью, будто сам советовал Александру, как лучше построить город. — А шелковый комбинат? Такой шелк — лучший в мире шелк! Нигде такой делать не умеют! Если есть желание, можно сейчас быстро заехать, купите на память, это же на всю жизнь будет, такой шелк!