— Ладно, спасибо за совет, — улыбнулся он. — Пойду я.
* * *
Тортик Сенька купил в ресторане «Прага». Дождик снова начал моросить и он переждал его в подземном переходе. Пробежал мимо почты по Мерзляковскому переулку, повернул на Хлебный — и вот он уже почти на месте.
Домофон на двери подъезда был совсем антикварный: панель со звонками. Удивившись такой беззаботности жильцов, он нажал кнопочку нужной квартиры и замок щелкнул, открываясь. Судя по всему, ему надо было идти на третий этаж, так что лифт, установленный здесь как минимум при Иване Грозном, остался невостребованным. Он поднялся по широкой, может, даже мраморной, лестнице с резными перилами, рассматривая двери на каждом этаже.
Ему открыла симпатичная женщина лет пятидесяти с гипсовой повязкой на левой руке. Какую-то долю секунды она смотрела на него, близоруко прищурившись, а потом спросила:
— Вы к кому?
— Извините, Вы Валентина Борисовна? Я Семён. Вы, наверное, меня не помните, я…
Женщина не дала ему договорить и, уцепилась здоровой рукой в рукав, потащила в квартиру.
— Боже, как же не помнить… Помню, конечно… — по ее щекам текли слезы, но она их даже не пыталась вытереть. — А Леночка в больнице еще, на сохранение положили…
«Проходите, сюда, на кухню», — сказала она и Сенька понес свой тортик за Валентиной Борисовной. «По простому, — подумал он, — без хрустальных фужеров». От этого визита он не ждал ничего особенного: так, познакомиться, обрасти на новом месте контактами, возможно, нужными.
Она забрала у него торт, который поставила в центр стола, после чего предложила Семёну стул. Хозяйка одной рукой открыла кран, набрала воды в чайник и поставила его на газовую плиту. Понаблюдав за тщетными попытками зажечь спичку одной рукой, Сенька встал и, отобрав раздавленный коробок, зажег огонь сам.
— Никак не привыкну, — пожаловалась она, наблюдая за тем, как Сенька поправляет чайник, пододвигая его к центру конфорки. — Леночка в больнице, Ваня на службе целый день, вот я и маюсь целый день дома одна. Сейчас будем пить чай.
— Давайте помогу, — сказал он. — Где у вас заварка? Лучше расскажите, как чувствуете себя. Я же видел вас несколько минут всего, пока из машины вас тащили.
* * *
Валентина Борисовна долго его не задерживала. Попили чай, она поковыряла свой кусочек торта, извинившись, что вынуждена себя ограничивать из-за болезни. Об аварии они больше не говорили. Сенька даже не стал спрашивать, кто был за рулем старенького «Москвича». Да и вообще: разговор не клеился. Когда возникла вторая по счету неловкая пауза, он понял, что пора собираться. Встал, поблагодарил за угощение, пожелал скорейшего выздоровления. Хозяйка вышла проводить его в прихожую. И только когда Семён, одевшись, взялся за дверную ручку, она вдруг быстро сказала: