— Передай Вен мою благодарность, — сказал я и спрыгнул с табуретки. — А ты, Мио, покажи нам с Аки комнаты. Но прежде всего, я хотел бы посмотреть на кристалл.

Дворецкая покачала головой.

— Исключено. Вы еще не наш хозяин.

— Кажется, кто-то думает иначе, — сказал я, отряхнув рукава пиджака.

Мио помолчала. Мы были одни: все ее подруги куда-то запропастились.

— Хорошо. Но обещайте, что не скажете о нем ни единой живой душе. А завтра вернетесь с победой.

— Обязательно. Выкуплю поместье и сразу к вам. У меня еще на этот дом куча планов.

Автомат-дворецкая секунду постояла в раздумьях, а затем, сложив руки за спиной, направилась вон из комнаты. Кивнув подругам, я последовал за ней.

Стоило нам выйти из гостиной, как Аки вцепилась мне в руку. Буквально из каждого уголка блестели глаза, за спиной звучал колючий шепоток, слышались смешки, охи да вздохи. Аки что-то бурчала себе под нос, а Рух с любопытством оглядывалась. Процессию замыкала Шпилька.

— Некоторые находят вас весьма симпатичным, — сказала Метта, а я закатил глаза. Нашла время!

Интересно, что некоторые двери появлялись словно из воздуха. Вроде как впереди глухая стена, и тут бац! — и в ней уже зиял проход в новое помещение. Скоро я почувствовал, что заблудился.

— Мне тоже тут сложно ориентироваться, — сказала Метта. — Кажется, усадьбу специально проектировали как лабиринт. Без хранителей здесь легко потеряться…

— А уж учитывая, какие тут домашние любимцы…

Наконец, мы уперлись в глухую стену.

— И? — спросил я Мио. Та уже секунд десять молчаливо стояла и глядела прямо перед собой.

Наконец она посмотрела на нас.

— За минувшие четыре года ни один человек со стороны не заходил так далеко. О том, чтобы чужаку пересечь этот порог не могло быть и речи.

Она помолчала. В пустом лице автомата я увидел наши искаженные отражения.

— Я нарушаю прямой приказ Александра Владимировича, — закончила она.

— А какие инструкции у него были в случае его смерти? Он же всерьез не рассчитывал прожить вечно?

Мио не замедлила с ответом:

— Онегин однажды сказал: заменить меня может только смелый, честный человек, которому нечего терять, и он искренне хочет продолжить мое дело, а не наживаться на моем богатстве.

И дворецкая хмыкнула.

— Короче, тому кто упал с неба.

За нашими спинами раздалось хихиканье.

— Вот дурочки, он же серьезно! — фыркнула Ги, и блестящий автомат-горничная вышла из темноты. — А про небо, это так… Метафора! Не слушайте их, Илья Тимофеевич. Мио, открывай уже! Нам нечего скрывать перед новым хозяином!

Дворецкая стянула с руки перчатку. На конце пальца сверкнул длинный коготь, и им Мио провела по стене. Заскрипело, а затем в стене образовалась двустворчатая дверь.