Глава 23
Кладбище располагалось глубоко в лесу — и до него нам с Аки пришлось немного пройтись.
— Надеюсь, Поветрием не накроет, — проговорил я.
Можно было взять броневик, но он наотрез отказался выходить из гаража. Буквально.
— Надо бы привезти ему бензинчика с заправки, — проговорил я. — Авось оттает его железное сердце.
Через пару шагов я заметил в кустах нечто металлическое. Прижав палец к губам, разбудил Источник, а Аки осторожно вытащила свой клинок.
Подойдя поближе, мы разглядели в траве скелет из чистого гигамата. Огромный, размером в медведя. Плоти на нем не было.
— Кажется, ночка прошла на лад, — сказал я, разглядывая останки какого-то чуда. На месте, где должна была стоять геометрика, сквозила выжженная дыра.
Неподалеку мы заметили еще несколько гигаматных скелетов. И у всех кто-то вырвал из груди геометрику.
— Кто их так? — спросила Аки, но я мог только пожать плечами.
— Чую, скоро мы об этом узнаем… Не убирай меч далеко.
Не теряя бдительности, мы направились дальше, и по пути нам попались еще с десяток тварей разного калибра. Наконец из зарослей показалась ограда, заросшая бурьяном. Им же заросло все кладбище. Из кустов торчали наскоро сделанные деревянные надгробия, а еще сторожка с заколоченными ставнями.
— Может, зря мы это?.. — спросила обеспокоенная Аки.
Понять ее было несложно: сначала ночь в доме с привидениями, а теперь утренняя прогулка по кладбищу. Ну хоть погода была отменная — и ни одного признака Поветрия.
Но я уже пошел вперед. У ограды стоял старенький броневик, на крыше которого блестели обнаженные кости чудов. В прицепе вповалку лежало три юда. Их потроха были щепетильно извлечены, геометрики тоже отсутствовали.
— Кажется, тут поработал профессионал, — заметила Метта. — Даже «шкурку» не попортил.
Стоило нам приблизиться к ограде, как послышались звуки копки — в дальнем конце кладбища. Повсюду была куча табличек, и совсем свежих. Судя по дате, половине умерших на момент смерти исполнился всего год, остальным не сильно больше.
— Здесь дети? — удивилась Аки, ткнув на табличку, где умершей было всего три года.
Я посмотрел на остальные — там была та же картина. Самой старшей было десять. Имен на табличках отчего-то не имелось.
Скоро показалась яма, в которой сверкала плешивая голова какого-то старика в сварочных очках. В зубах у него тлела сигарета.
— Ага, господин Марлинский, полагаю? — спросил он, пыхнув дымом.
Я кивнул.
— Вы тот самый Ермак, который не любит спать по ночам?
— Он. А ночь — лучше время, чтобы бить монстров, которых намело Поветрием, — ответил он, а затем, приподняв очки, глянул на Аки. — А это что за очаровательное существо?