— И ты ремонтируешь поезд в экстремальных условиях? — уточнил я. — На ходу?
Зверек улыбнулся.
— Механик — маленький секретик поезда. А таких агрегатов как «Ураган» выпустили всего дюжину штук. Потом посчитали, что использовать такой мощный артефакт в локомотиве слишком жирно.
Он хмыкнул.
— Какая разница, что «Ураган» покрывает Империю из конца в конец за неделю, да и пронзает Резервации как нож масло? Все нерентабельное — на помойку!
Допив последнюю банку, он громко рыгнул, а затем поплелся к вентиляции.
— Ладно, мне пора, а то Василий Иванович, наверное, меня обыскался. Если нужно что-то починить, зови!
Когда топоток его ножек затих, я откинулся в кресле. Поезд, тем временем тронулся.
— С ума сойти. Гремлин-механик…
— Чему вы удивляетесь? — и напротив меня появилась моя подруга. — Разве после того, что с нами случилось, у вас еще хватает сил удивляться? Забыли, как пару месяцев назад лихорадочно пытались собрать мозги в кучку?
— Как же такое забудешь…
— Вот-вот! Однако вам еще повезло — у вас хоть есть бумажка, где написано, кто вы, откуда и для чего предназначаетесь, а вот у меня…
С этими словами Метта грустно подперла кулачком подбородок и, прихлебывая чай, уставилась в окно, где мелькали деревья.
На улице сиял яркий день. Солнце било в глаза, и я опустил веки.
— Я разблокировала еще одно воспоминание, Илья Тимофеевич. Показать?
— Давай… — проговорил я и открыл глаза.
Вокруг было темно и тихо. Очень, и эта темнота с тишиной мне очень не понравились. Попытавшись вытянуть руку, я наткнулся на преграду. По бокам было тоже очень тесно — и рук не разведешь.
Стены были деревянные. Потолок и пол тоже тоже. Это был деревянный ящик, или же…
— Метта… — проговорил я. — Это воспоминание мне не нравится! Метта!
Глава 4
Новое пробуждение было не из приятных, однако очнулся я, как ни странно, в спальне, а не на кладбище. Руки были аккуратно перебинтованы, да и весь я тоже…
Болело все. Буквально все. Голова в тот паршивый вечер чуть не лопнула от боли. Ощущение такое, словно в темечке торчал гвоздь.
Потом раскрылась дверь и показалась она. Девушка с белыми волосами.
— Вы очнулись⁈ — охнула она. — Как вы себя чувствуете?
Она села на кровать. Это воспоминание смутно проступало в моей памяти. Оно быстро закончилось — видно, в тот момент я потерял сознание. Затем картинки замелькали калейдоскопом. Помню, как она приходила. Как помогала мне передвигаться, как ухаживала за мной.
— … Если бы не вы, они, наверное, убили бы меня, — сказала она однажды. Мы сидели за столом. На газу пыхтел чайник. — Как я могу вас отблагодарить?