Алан поднимает голову:
— Знаешь, что меня мучает каждый раз в такой ситуации? Как Коэн вытерпел четыре века, если я уже после ста лет готов сбежать куда подальше? Хоть в рядовые следователи, хоть во льды к уграм… Демонова ответственность, последствия любого поступка — и это при моём-то характере! Ну какой из меня архимаг, Лин?
— Отличный, — уверенно отвечаю я.
Глава 11
— Удивительная смесь лести, спеси и наглости этот секретарь-бухгалтер, — Алан садится на место Керина. — Посмотрим-ка, чем он здесь занимался… Лин! Иди сюда скорее!
Заглядываю через плечо и сначала ничего не понимаю. На экране визора в окошечке ввода пароля с невероятной скоростью меняются цифры и буквы.
— Что это?
— О! Это заклинание называется «Взломщик», его изобрели вместе с первыми визорами полторы тысячи лет назад. Практически сразу Совет Магов запретил его использование, наказание — десять лет общественно-полезных работ. Представляешь патера Керина на уборке улиц или подсобником на фабрике?
— Для патера не сделают исключения?
— Думаю, Собрание ещё и добавит что-либо от себя. Например, ремонт храмов… И когда наш добродетельный патер запустил Взломщика? Полчаса назад? — Алан смотрит на браслет. — Что-то не сходится. Сейчас половина первого, Алонио умер в восемь тридцать. Если Керин не знал о смерти понтифика, почему осмелел настолько, что уселся в его кресло и полез в его визор? А если ловко притворялся, почему запустил заклинание лишь спустя четыре часа?
Перевожу взгляд с центрального стола на столик в углу. Визор там поменьше и кресло пожёстче. Не нужно большого ума догадаться, где место хозяина кабинета, а где — его секретаря.
— Алан, когда ты сказал патеру об убийстве, Керин побледнел. Ни один человек, если он не природник, не способен побледнеть по заказу.
— Из чего делаем вывод, что для патера смерть Алонио стала всё-таки неожиданностью. Но какую-то информацию Керин получил, — Алан тянется к снятому браслету связи. — Скорее всего, это был звонок или сообщение. Проверим?
Браслет Керина легко принять за женский: он из белого золота с россыпью мелких сапфиров. Исходящих или входящих вызовов нет со вчерашнего вечера, зато есть сообщение, полученное сорок семь минут назад.
— «Переусердствовали. Временно выбыл», — громко зачитывает Алан. — Подписи, разумеется, нет, и абонент неизвестен.
Он активирует свой собственный служебный браслет:
— Нейш? Пробей номер, срочно. Шестнадцать — сорок семь — ноль ноль три. Нет, не ошибся. Два ноля и тройка. Да, я подожду… — Алан подмигивает мне. — Что, уже? Проверь ещё раз. Спасибо.