— Отстань от меня зараза. Я уже понял, что был не прав.
После этого почему-то стало даже легче. Сом пропал — и ладно. Уже не надо было тащить эту тушу, жалеть, злиться, думать, как её спасать. Осталась одна задача: найти свой чёртов остров, пока я тут окончательно не превратился в местного водяного.
Я умылся речной водой, вытер лицо рукавом, огляделся уже по-светлому и начал собираться. Страха после ночи осталось много. Паники — тоже. Но вместе с ними пришла и простая, трезвая злость на себя. А она иногда полезнее храбрости. Потому что, когда тебе по-настоящему хреново, не до красивых мыслей. Надо просто делать, что надо.
Я отвязал лодку, забрал топор, нож и флягу, ещё раз глянул на разгромленный берег и пробормотал:
— Всё, Серёга. Хватит приключений. Теперь давай просто домой.
Глава 16
Сказал — и сам же усмехнулся. После такой ночи слова про «просто домой» звучали почти как издёвка. Но деваться было некуда. Я оттолкнулся веслом, вывел лодку с мелководья и снова пошёл по протокам, уже без всякого азарта. Я устал, кожа саднила от целого дня, проведенного на солнце и от ночных атак комаров. Я чувствовал себя как человек, которого жизнь за сутки пару раз приложила мордой о действительность и объяснила, что он не на прогулке.
Грёб медленно. Не потому что силы берег — их уже и так почти не осталось, — а потому, что теперь заставлял себя смотреть. Не просто вперёд, а по сторонам, на мелочи. На изгибы берега. На сухие стволы. На отдельно торчащие кусты. На течение у развилок. Раньше я больше на чутьё полагался. Мол, куда-нибудь да выплыву. А теперь понял: с таким подходом я ещё ни один день буду тут болтаться, пока меня самого не доедят комары и кабаны.
Сначала шёл почти наугад. Долго, несколько часов, возвращаясь по несколько раз на одно и тоже место. Потом впереди увидел подмытый берег с чёрным корневищем, которое висело над водой, как старая метла. Подгрёб ближе, остановился. И вот тут меня как током дёрнуло.
Это было то самое место, где я вытаскивал в лодку сома. Я несколько секунд просто сидел, глядя на берег, и будто заново увидел, как держу топор, как он летит в сторону, как я борюсь с этим усатым гадом.
— Так, — сказал я вслух. — Значит, сюда ты меня приволок…
Я ткнулся носом в берег, вытащил лодку чуть на меляк, сел на банку и закурил. Надо было не суетиться. Не грести снова наобум, а вспомнить по-человечески. И я начал вспоминать.
Сначала он шёл ровно. Потом первая развилка — он взял левее, потому что мне тогда пришлось срочно подгребать, чтобы не воткнуться в куст. Потом был низкий свод из ивы над водой. Потом узкое место, где лодку едва не развернуло боком. Потом ещё одна развилка, уже шире, и там он, кажется, снова пошёл налево. Я сидел, курил и собирал вчерашний путь по кускам, как разбитую вазу. В голове всё это было мутно, но лучше всё равно ничего не было.