В голове вдруг стало тихо и чётко. Страх никуда не делся. Но когда появляется план, страх становится другим. Уже не липкая паника, а просто помеха, которую надо учитывать.
Я ещё раз мысленно перебрал всё по порядку. Из города надо уйти до рассвета. Вещей взять минимум. Только то, без чего не выжить. Документы? Паспорт брать рискованно, но и без него совсем глупо. Деньги — все с собой. Лишнее оставить. Никаких чемоданов, никаких мешков, как у беженца. Всё должно выглядеть так, будто мужик выехал на рыбалку дня на два, максимум на три.
Я невольно усмехнулся. А потом исчезнет.
Я снова поправил на верстаке дедову карту и начал уже не просто смотреть, а выбирать. Точку выхода. Маршрут. Где можно переждать день. Где удобнее сойти с велосипеда. Где накачать лодку. Где уйти с основного русла. И чем дольше смотрел, тем сильнее убеждался — идея правильная.
По реке меня найти будет куда сложнее, чем на любой дороге. А если уйти в один из диких притоков, где камыш, омуты, коряги и комары жрут живьём, то там и вовсе чёрт ногу сломит. Не то что участковый с парой сержантов.
Я аккуратно свернул карту, убрал её обратно в клеёнку и посмотрел на гараж уже другим взглядом. Это было не убежище. Это был перевалочный пункт. И до утра у меня оставалось всего несколько часов, чтобы превратить дедов рыбацкий хлам в шанс не сесть и не сдохнуть.
Глава 7
Я ещё несколько секунд стоял посреди гаража, потом резко встряхнулся. Всё. Хватит сидеть и думать кругами. До утра и правда оставалось всего ничего, а работы было по горло.
Первым делом я вытащил на середину гаража всё, что могло пригодиться. Не кучей, а с умом — в одну сторону рыбацкое, в другую одежду, отдельно еда, отдельно инструмент. Лишнее сразу отбрасывал. Сейчас важна была не жадность, а вес. На велосипеде я не обозом пойду, а один. Да и в лодке потом тоже каждый килограмм даст о себе знать.
С одеждой решил просто. Взял старую, поношенную, но крепкую дедову телогрейку — сейчас лето, но ночью на воде холодно всё равно. Её можно и вместо подушки под голову сунуть, если что. Ещё прихватил, спортивный костюм олимпийку, запасную рубаху, тонкий свитер, двое трусов, пару носков и старую плащ-палатку, которая висела на гвозде за шкафом. Плащ был тяжёлый, местами потертый, зато мог заменить и подстилку, и навес, и укрытие для вещей от дождя. Переоделся в поношенную энцефалитку. Обувь у меня и так была одна — разношенные кеды. К ним добавил дедовы резиновые сапоги, благо размер у нас похоже одинаковый был. Тащить их было неудобно, но на реке без них можно быстро остаться без ног, особенно если лезть по тине, камышу и холодной утренней воде.