— Обогреватель в моей машине сдох по дороге сюда. — Она тихо смеётся. — Думаю, мои пальцы немного замёрзли.

Конечно, сдох, блять.

Я могу вытерпеть наблюдение за тем, как она мучается с тканью, лишь секунду, прежде чем подхожу к ней, осторожно тяну за молнию и снимаю куртку с её плеч, затем вешаю её на крючок у двери.

Она начинает потирать ладони друг о друга, и я без колебаний зажимаю их между своими, легко накрывая её ледяные стройные пальцы. Я мягко растираю их взад-вперёд, затем подношу к своим губам и дую тёплым воздухом на её нежную кожу. Наши взгляды встречаются, я вижу, как она делает глубокий вдох, её пухлые губы приоткрываются на лёгком выдохе.

Убедившись, что она не лишится пальца из-за обморожения, я опускаю её руки и жестом приглашаю идти впереди меня в гостиную. Убрав свою куртку, я указываю ей сесть в моё любимое кресло, чтобы она была ближе к огню. Она садится без вопросов и принимает одеяло, которое я ей протягиваю.

— Спасибо, — говорит она, на её щеках появляется розовый оттенок. Я предполагаю, что это от тепла пламени.

Я сажусь в кресло напротив неё и наклоняюсь вперёд, опираясь предплечьями на колени. Я смотрю, как она нервно закусывает нижнюю губу. Разглаживает одеяло на своих ногах осторожными движениями, её глаза избегают моих.

Кажется, я никогда раньше не видел её такой нервной.

Я заставляю её нервничать?

— Я надеялась, что мы могли бы… — Она замолкает, повернув голову в сторону кухни. — Ты готовишь ужин?

Я киваю.

— О, прости. — Она быстро встаёт, качая головой. — Мне следовало сначала написать тебе. Я не заметила времени. Наверное, у меня в голове туман, но мне пора идти, чтобы ты мог…

Она делает два шага в направлении входной двери, и мои пальцы хватают её за запястье нежно, но крепко. Ни за что она не поедет в такую погоду прямо сейчас. Я склоняю глаза к сиденью, указывая ей сесть.

— Ты уверен?

Я киваю, и она осторожно возвращается на своё место. Вдыхает, закрывая глаза всего на мгновение.

— Стейк с картошкой?

Один уголок моих губ изгибается, я снова киваю.

Она улыбается: — Любимое блюдо моего отца. Он всегда говорит, что стейк должен быть отдельной пищевой группой.

Я достаю из кармана телефон и печатаю: «Умный человек».

Она откидывается на спинку кресла, выглядя более расслабленной, чем две минуты назад.

— Мой отец раньше любил жить в поместье. Он говорил, что там он чувствовал себя как дома.

«Он здесь всегда желанный гость».

— Вы всегда были так добры к нему. Всегда относились к нам обоим как к семье.

«Вы — семья».

Она смотрит на огонь, молчит минуту или две, затем тихо спрашивает: — Зачем тебе жениться на мне? — Она смотрит на меня, её брови сведены вместе, словно эта идея абсурдна. Слишком нелепа, чтобы её воспринимать всерьёз.