Я обнимаю дочку, глажу по голове.

— Это не твоя забота, солнышко. Мы сами разберемся.

— Вы помиритесь?

— Не знаю. Но я постараюсь.

Аленка шмыгает носом и уходит рисовать.

Я смотрю ей вслед. Дочка знает. Уже знает, что такое боль. И это моя вина.

Максим.

Проходит два дня. Я не звоню. Не пишу. Сижу в студии, смотрю на портрет Анны. Провожу пальцами по бумаге. Шершавая, холодная. Неживая.

Вадим звонит, спрашивает, как дела. Я отвечаю «нормально», не вдаваясь в подробности. Он говорит, что Кирилл по-прежнему не появляется. Это хорошо. И плохо — потому что непонятно, что он замышляет.

— Ты с Анной? — спрашивает Вадим.

— Нет.

— Почему?

— Мы расстались.

— Из-за чего?

— Из-за меня.

Вадим молчит. Потом говорит:

— Дурак.

— Знаю.

— Верни ее.

— Не могу. Она просила время.

— Время — это хорошо. Но не забывай, что Кирилл не ждет.

— Я помню.

Кладем трубки. Я смотрю на телефон. Набираю номер Анны. Смотрю. Не нажимаю.

Она просила время. Я должен дать ей это время. Не давить. Если любовь настоящая — она вернется. Если нет — лучше разорвать сейчас, чем мучиться потом.

Но как же больно.

Я убираю телефон в ящик. Хожу по студии. Смотрю на рисунок Аленки. Три фигуры. Семья.

Моя семья. Была.

Анна.

Проходит неделя. Я почти не сплю. Работаю, готовлюсь к сдаче проекта. Аленку забирает моя мама на выходные — отдохнуть от моей хандры.

В пятницу вечером остаюсь одна. Сижу на кухне, пью вино. Смотрю на телефон.

Он не звонит. Не пишет.

Это правильно. Я просила время. Но почему тогда так больно? Почему кажется, что он меня забыл? Что я для него — просто эпизод, который можно вычеркнуть?

Я беру телефон. Набираю его номер. Смотрю. Дыхание перехватывает.

Не нажимаю.

Кладу телефон на стол. Пью вино. Смотрю в окно.

Ночь. Фонари. Тишина.

— Чем больше мы узнаем, тем больше вопросов возникает, — говорю вслух.

Помогает не всегда.

Максим.

Суббота. Я один в студии. Не работается. Нервничаю. Хожу из угла в угол.

Беру телефон. Набираю номер Анны. Смотрю.

Не нажимаю.

Потом набираю снова. Опять смотрю.

И вдруг — нажимаю.

Гудки. Один. Два. Три. Четыре.

Алло?

— Алло, — голос Анны. Тихий. Осторожный.

— Это я, — говорю. — Привет.

— Привет... — пауза. — Ты звонишь.

— Звоню.

— Почему?

— Потому что я скучаю.

— Я тоже.

— Как ты?

— Нормально. А ты?

— Тоска. Без вас пусто.

— У нас тоже пусто. Аленка все время о тебе спрашивает.

— Передавай привет.

— Передам.

Молчание. Долгое. Я слышу ее дыхание.

— Анна.

— Да.

— Я не знаю, как правильно. Ты просила время, я даю. Но мне тяжело. Очень.

— Мне тоже, — она вздыхает. — Но я еще не готова.

— К чему?

— К тому, чтобы вернуться. Или чтобы ты приехал.