Пока рассуждал Андрей так, его осенило: а ведь не погибни столько Рюриковичей под ордынской саблей, вполне ведь могла Русь превратиться в ту же Польшу, вечно раздираемую междоусобицами из-за того, что каждый второй пан в ней ведёт свой род от первых королей, Пястов. Говорить такое вслух — боже упаси!

Главное же, что удалось ему сделать этим разговором — убедить тысяцкого в том, что нельзя от монголов отмахнуться как от назойливой мухи. Союзников искать надо, крепость Курскую укреплять надо, дружину обучать надо. И то не факт, что отобьются. Но пробовать надо, ведь, сколько ни искали по летописям сведений о взятии Курска монголами, нашли лишь упоминание о том, что там драконствовал поборами некий баскак Ахмат. Есть, есть у Курска шансы уцелеть. Ведь сколько осад города ни случалось, а так ни разу его штурмом и не взяли ни половцы, ни, уже позже, поляки и крымские татары.

А вместо этого — междоусобица за междоусобицей. Вон, даже в минувшем, 1236 году ходили рати Черниговского великого князя, под властью которого находится Курское удельное княжество, воевать с киевлянами.

Очень к месту оказался и рассказ о монголах «самодельного» священника, которого пришлось «предъявить» Фёдору Юрьевичу. Очень удивившемуся тому, что есть среди «гостей из будущего» и «хроноабориген». Но, выслушав историю появления в Серой крепости Тита (включая упоминание о благословении Готского митрополита), заинтересовался тысяцкий событиями в районе Саксина, вести о которых ещё не дошли до Руси.

Три дня «гостевали» в городке над Доном посланцы князя Юрия Святославича, пока «глава делегации» не принял решения от княжьего имени: слободе Серой быть. А подчинение её сюзерену будет заключаться не в налогах, а в охране рубежей от монголов и разбойных набегов половцев, помощи пограничным дозорам да изготовлении оружия.

Сам процесс работы механической мастерской, конечно, вызвал глухое ворчание дружинников про «колдовство»: молот сам, без молотобойца, колотит по заготовке, угли в горне раздуваются без мехов, а точильный камень, с визгом вгрызающийся в металл, никто живой не крутит. Ну, не говоря про такие бытовые мелочи, как электрическое освещение, водоснабжение и канализацию.

Много нареканий вызвал, по первому времени, внешний вид «жены» Сергея Беспалых. Уж кого-кого, а её точно немедленно приняли за признак «связи с диаволом». Да только повидавший поболее других «старшой» тут же шикнул на молодёжь, рассказав, что чернокожих держат в рабах и прислуге и в Царьграде, и при дворах европейских государей. А эта, вон, даже крестик носит (пришлось надеть, поскольку Серый такую реакцию русичей предвидел), и будь Луиза сатанинским отродьем, от святого креста скончалась бы в корчах.