Учеником Иаков оказался прилежным. И, похоже, имел природный талант попадать в цель: стоило ему лишь нарисовать, как нужно совмещать прорезь в прицеле, мушку и мишень, и дело пошло. После того, как мужик научился не жмуриться при выстреле. Но оно и понятно: грохот, пламя, вылетающее из ствола, дёргающееся от отдачи оружие.

Хуже обстояло дело со знанием материальной части, сборкой-разборкой и чисткой. Тем не менее, Беспалых, взявшийся обучить проводника, действовал по принципу «терпение и труд всё перетрут». В общем, за два дня сборок-разборок привык и средневековый парень к тому, как нужно обращаться с оружием из ХХ века.

Особенно Якову понравился складывающийся штык карабина, превращавший винтовку в некое подобие копья, к которому он привык больше. Ну, и каждую стреляную гильзу норовил заначить.

— Зачем они тебе? — спросил Сергей.

— Так железо же! В хозяйстве любая железка пригодится. А если их много собрать, то можно будет что-то большое отковать. Хоть нож, хоть топор.

— Плохой будет топор. Железо слишком мягкое.

— Хорошее железо! Кузнецы умеют из мягкого железа делать твёрдое.

А ведь, пожалуй, прав хромец. Несколько «чушек» кричного железа курские купцы уже привозили «на всякий случай», и Борода, что-то подмешав в тигель, сумел получить из этого плохонького сырья вполне себе качественную сталь. Может, и впрямь стоит стреляные гильзы собирать? Хотя бы не в боевой обстановке, а во время тренировочных стрельб. Автоматные действительно из таксебешного железа, а пулемётные и пистолетные — из куда более ценной латуни. Переснаряжать их не получится, поскольку изготовление бездымного пороха и, самое главное, капсюльного состава, двум сотням человек, обитающим в Серой крепости, просто непосильная задача. Так хотя бы использовать в качестве металлургического сырья.

42

С маршрутом колдовали недолго. Вариантов-то всего три. Первый — переправиться у устья Девицы, а потом двигаться вдоль реки Воронеж на север, плох тем, что придётся ехать по лесным дебрям. Не сибирская тайга, конечно, но и широколиственные леса, которыми поросла возвышенность на месте, где в ХХ веке стоит город, тоже удовольствия не очень много. Второй — переправить оружие и людей лодкой на восточный берег Дона, и вдоль реки подняться на двадцать пять вёрст, после чего уже по чащобам идти к городку. Третий — подняться до того же места по «своему», менее заросшему лесами, берегу, и переправляться уже там. Маршрут самый длинный, к тому же, переправляться без плавсредств достаточно сложно: для оружия и припасов нашли только один резиновый мешок, уложив в который карабины, пистолеты-пулемёты и патроны к ним, получили тридцать кило веса. Не считая «холодняка», который протёр тряпочкой, и оружие в порядке…