Многим молодым людям и девушкам, посвятившим себя пути развития, казалось, что честь — это нечто романтичное и очень сложное. Но, как выяснил для себя Хаджар, честь — весьма простое и прямое понятие. Оно обозначает то, когда человек может уважать других и уживаться с самим собой. И если бы Хаджар после того, как библиотекарь косвенно спас Неро, оставил бы его с пустыми руками…
Нет, так не поступил бы ни Хаджар Дюран, ни тем более Хаджар Травес.
— Мы рады, что вы вернулись, генерал. — Тур снял с шеи медальон и вернул его Хаджару. — Вы, как всегда, сделали это весьма вовремя.
— Новые проблемы?
— Скорее старые, — подал голос Гэлион, постоянно поправлявший повязку на глазу. — Очень старые, очень надуманные, но весьма пугающие.
Уже забыв о старике и о гробнице, Хаджар мысленно выругался. Наверное, день, который он проведет без переживаний и беспокойств, станет его последним днем.
Глава 127
Войдя в шатер, Хаджар улыбнулся недовольно фыркнувшей в его сторону Азрее. Белый котенок сидел на столе-карте и обмахивал себя хвостом. Выглядел он как недовольный зверек. Которым, собственно, он и был.
Когда генерал потянулся погладить его, котенок обиженно, но не сильно, цапнул за палец. После этого, самодовольно мяукнув, Азрея едва ли не лапу протянула. Получив свой кусок вяленого мяса, она соскочила на пол и в один прыжок добралась до кровати, где и исчезла среди шкур животных и простыней.
Сам того не замечая, Хаджар весьма привык к генеральскому шатру. К вечному скоплению бумаг на сундуках. К суете и к количеству неотложных вопросов. Если раньше он тратил на их решение все свое время, то теперь у него оставались свободные часы для тренировок.
Проходя к своей «табуретке», Хаджар провел пальцами по Лунному Копью. Теперь он намного лучше понимал свою предшественницу — Лин. Те решения, которые она принимала и ту ношу, что несла на своих с виду хрупких плечах.
— И что же это за срочные новости? — спросил Хаджар, усаживаясь во главе стола-карты.
Перед ним, по обыкновению, на свои места опустились командиры. За исключением Неро — почти в полном составе. Ну и кроме офицеров теперь на военных советах присутствовал Саймон. Доказавший не только свою ушлость и любовь к излишнему комфорту, но и большую полезность. Во всяком случае, именно при его чутком управлении ресурсами армия начала выбираться из той ямы, в которую их загнала война с кочевниками.
— К нам наведывался старейшина из совета поселков, — ответил Гэлион.
Кавалерист вместо своей обычной кожаной полуброни теперь щеголял в шубе из белого медведя. Несмотря на то что под куполом было намного теплее, чем снаружи, порой все равно ощущался неслабый мороз. Видимо, он добирался до людей в моменты, когда во внешнем мире замерзал даже воздух.