Последние годы для Хаджара единственным ориентиром по жизни были понятия чести. Порой очень простые, иногда туманные. Они позволяли ему не отличать, где «хорошо» или «плохо», потому как в этом мире нельзя было быть хорошим или плохим. Но они говорили ему о более важном — о том, чтоправильно и нет.
Теперь же…
Он чувствовал себя, как этот театр. Разбитым и истекающим кровью.
— К демонам! — зарычал Хаджар.
Он обнажил меч и одним взмахом разметал груду обломков. Они взмыли в воздух, а за ними взлетел и Хаджар. Каждый его удар рассекал огромный булыжник, каждый взмах превращал в щепки доски и бревна.
Где была честь этой защитницы, когда ее горожан угоняли в плен? Где была ее честь, когда секта творила свои бесчинства? Какое право она имеет его осуждать! Он защитил своих воинов, он спас их от голодной смерти. Он поступилправильно. И пускай это будет тысячу раз неблагородно, но —правильно .
Спустя пару мгновений от развалин театра не осталось ни пыли, ни воспоминаний.
Хаджар опустился на землю и с силой задвинул меч обратно в ножны.
— И что это было? — спокойно поинтересовался Неро.
— Расчищал завалы, — пожал плечами Хаджар. — Надо же будет обозам как-то проехать.
Неро склонил голову набок и немного сощурился.
— Ну да, — тихо прошептал он. — Конечно, это пр…
Окончание фразы потонуло в диком грохоте. Хаджар и Неро обернулись в сторону звука, и в тот же миг по их телам ударила сильная взрывная волна. Где-то на севере города расцветал оранжевый бутон огня с черной дымчатой короной.
— Демоны! — взревел Неро. — Там амбары!
Не сговариваясь, они оттолкнулись от земли и, взлетев на ближайшую крышу, понеслись в сторону пылающего пламени. Хаджар же все это время корил свою недальновидность. Какова была вероятность, что они смогут посадить в «клетку»всех защитников города?
Сколько воинов гарнизона были в эту ночь в увольнении или просто оделись по «гражданке»?
Проклятье… проклятье!
Оказавшись рядом с пожаром, Неро обнажил свой тяжелый меч. Он размахнулся и ударил им плашмя — будто бил веслом по водной глади. Порыв ураганного ветра сперва заставил огонь вспыхнуть, но вскоре унес его с собой в небо, развеяв мириадами багровых лепестков.
На земле среди камней остались лежать обгоревшие тела солдат. Они буквально заживо зажарились в своих латах и доспехах.
— Генерал! — К Хаджару, опустившемуся на брусчатку, подбежал один из офицеров.
Хаджар не помнил, как его звали, да это в данный момент было и неважно. Офицер выглядел сбежавшим от демонов грешником. Половина волос на его голове отсутствовала, обнажив обгоревшую, едва ли не оплывающую с черепа плоть. Его правая рука в некоторых местах почернела, а из бедра торчал деревянный осколок.