Следующей остановкой была лавка старушки Равенны. Здесь я развернулся по полной. Я скупал все, что казалось мне интересным: остро пахнущие коренья, неизвестные ягоды, пучки трав, которые, по словам старушки, обладали различными свойствами.

— Вот это, сынок, корень звездной ночи, — объясняла она, протягивая мне сморщенный корешок. — Если добавить его в отвар, сон будет крепким и безмятежным. А это слезы рассвета, — она указала на мелкие, полупрозрачные ягодки. — Они успокаивают нервы и снимают тревогу.

Я слушал ее, кивал и аккуратно записывал все в свой новый блокнот. Записи делал на русском. Мало ли, вдруг мой кулинарный дневник попадет в чужие руки. Не хватало еще, чтобы кто-то украл мои рецепты.

Забавно, но я с удивлением обнаружил, что могу писать и на местном языке. Буквы сами собой складывались в местные слова. Видимо, это тоже было частью «наследства» от прошлого владельца тела. Но для записи своих разработок решил использовать русский. В нём любой иностранец голову поломает, а местные так тем более.

Закупившись всем необходимым, я вернулся на остров. Рид с любопытством обнюхивал мои покупки, то и дело пытаясь стащить из корзины какую-нибудь особенно ароматную травку.

Но прежде чем приступать к экспериментам, нужно было завершить все текущие дела. Рыбалка, проверка ловушек, загрузка коптилен. Рутина, от которую нужно делать.

И только когда солнце начало клониться к закату, я наконец смог заняться тем экспериментами.

Я разложил свои сокровища на большом плоском камне, который служил мне столом. Рядом поставил ступки, горшочки, терку. Мой лагерь превратился в настоящую кулинарную лабораторию.

Рид устроился неподалеку, с интересом наблюдая за моими приготовлениями.

— Ну что, приятель, — я потер руки. — Приступим к сотворению магии.

Первым делом решил создать простую кисло-сладкую базу с горчинкой. В прошлой жизни такие соусы отлично подходили к жирной рыбе, раскрывая ее вкус и добавляя свежести.

Взял горсть ярко-красных ягод огнеплодника. Они напоминали клюкву, только чуть крупнее. Бросил их в керамическую ступку и принялся толочь пестиком.

Ягоды лопались с тихими хлопками, выпуская ярко-красный сок. Он тек по стенкам ступки густыми струйками. Аромат поднялся резкий, пряный, то что нужно.

Хм, интересно. Совсем не похоже на клюкву.

Растолок ягоды в однородное пюре, чтобы получилась густая красная масса. После, отложил ступку в сторону.

Теперь очередь корня. Взял тот, что Равенна называла ледяным клыком. Белый, узловатый, он был твердым как кость. Пришлось помучиться.

Тер его над второй ступкой. Мелкая стружка сыпалась, образуя белую горку. Запах ударил в нос. Острый, жгучий, прямо как у хрена, от которого у даже глаза слезиться начали.