Номер оказался маленьким, но чистым. Кровать, умывальник, зеркало, стул. Всё необходимое и ничего лишнего, то что нужно.

Я быстро умылся холодной водой, пригладил волосы. Новая одежда сидела отлично, кожа речного змея приятно холодила тело.

Спустился в холл за несколько минут до назначенного времени и на мгновение замер у лестницы.

Амелия уже ждала меня у камина. Она разительно изменилась, дорожное платье исчезло, а вместо него…

Платье из светло-голубого шёлка с серебряной вышивкой облегало её фигуру, подчёркивая талию и плавно расширяясь к подолу. Волосы уложены в сложную причёску с нефритовыми шпильками, несколько локонов выбиваются специально, обрамляя лицо. На шее висит тонкая цепочка с каким-то кулоном, а в руках неизменный веер.

Выглядела она как светская леди со страниц модного журнала викторианской моды. Если бы в этом мире были модные журналы.

Она повернулась ко мне и скользнула взглядом по новому костюму.

— Нам пора, — коротко сказала Амелия.

И мы вышли из гостиницы.

Улицы становились шире и богаче с каждым кварталом. Мостовая из обычного камня сменилась шлифованным гранитом. Фонари на столбах превратились в изящные конструкции из кованого железа, а особняки за оградами выглядели всё внушительнее.

Впереди над крышами проступала верхушка пирамиды, и с каждым шагом она росла, заполняя собой всё больше неба.

Вблизи пирамида поражала размахом.

Стеклянные грани вздымались в небеса, теряясь где-то за сотней метров. Цвета сменяли друг друга, будто кто-то перемешивал изумруд, сапфир, рубин и янтарь в гигантской призме. Солнечный свет играл на этих поверхностях, разбрасывая блики по площади, стенам зданий и лицам прохожих.

Вокруг пирамиды тянулась ограда из тёмного камня, метров пять высотой, с декоративными башенками по углам.

У ворот стояли стражники в церемониальных доспехах. Небольшая очередь гостей в дорогих одеждах медленно продвигалась вперёд. Каждый показывал приглашение, стражники кивали и пропускали.

Амелия достала из складок платья серебряный жетон с гербом и протянула ближайшему стражнику. Тот мельком глянул на герб, поклонился и отступил в сторону.

Мы прошли через ворота и направились к главному входу.

Грани примиды отражали наши силуэты, множа их десятками искажённых копий. Я прищурился, пытаясь разглядеть, что находится внутри, но стекло оказалось с этой стороны непрозрачным.

Массивные двери распахнулись и мы шагнули внутрь.

Первое, что я почувствовал, как изменился воздух.

Воздух здесь был другим: густым, насыщенным, словно в каждой его частице скрывалось что-то неуловимое. Каждый вдох наполнял лёгкие чем-то большим, чем обычный кислород. Духовной энергией и её плотность зашкаливала.