От Афин к бухтам идут параллельно две стены, защищающие дорогу, которая соединяет город с портом. Стены длиной километров пять или больше, высотой метров девять и шириной около пяти сложены из камня-песчаника и повторяют складки местности. Они мне напомнили Великую Китайскую стену, хотя гораздо меньше и сделаны из более прочного материала. Может быть, потому, что защищали не город, а пространство. Еще одна семикилометровая стена соединяла город с Фалерской гаванью, в которой раньше был главный торговый порт. На пространстве между тремя этими стенами находились склады, мастерские, дома бедноты и иностранцев, которых греки называют метеками. Последним, особенно богатым, разрешено жить и в самих Афинах, но за дополнительную плату. Метеки предпочитают экономить и ждать, когда станут полноправными гражданами, что время от времени случается, если у тебя много денег или ты отважный воин, проявивший себя в боях за город-государство. Дома богатых иностранцев расположены выше по склону, ближе к стенам Афин.
Поскольку я тоже стану метеком, если обоснуюсь здесь, расспросил Хариада с пристрастием. Владелец галеры за время перехода наладил со мной почти дружеские отношения и даже пригласил в младшие компаньоны. Может быть, сыграло свою роль то, что я — сын тирана и умею считать, но, скорее, мои воинские достоинства.
В первый день перехода мы заметили галеру, которая шла наперерез. В эту эпоху купеческие суда стараются держаться подальше от любого другого, поэтому встречное сочли пиратским и начали готовиться к сражению. Оружие и доспехи у экипажа были дешевые во всех смыслах слова: короткие копья и мечи из железа низкого качества; шлемы с железным каркасом и кожаным верхом или высокие кожаные шапки, набитые шерстью; доспехи из кожи или материи в несколько слоев, переложенной овечьей шерстью; деревянные щиты без усиления железными полосами. Только у Хариада имелись бронзовый шлем и нагрудник.
Я тоже начал облачаться в доспехи с помощью Мениппа, тринадцатилетнего слуги Хариада, вечно сонного, будто не спал ночью. Глядя на движения Мениппа, я понял, как появится замедленная съемка.
— Ты будешь сражаться вместе с нами?! — удивленно спросил судовладелец.
— Конечно! — заверил я и не постеснялся похвастаться, зная, что греки считают скромность недостатком: — В бою я один сто ю пяти твоих воинов.
Само собой, судьба Хариада и его галеры меня волновали постольку-поскольку. Я собирался посмотреть, сколько будет пиратов и как будет сражаться с ними экипаж. Если пойму, что с моей помощью экипаж победит, окажу ее, если нет, продержусь ровно столько, чтобы пираты зауважали меня, после чего перейду на их сторону. Если сдамся без боя, наверняка стану рабом. К счастью или сожалению, галера оказалась не пиратской. Просто она была быстрее нашей узла на полтора и, наверное, знала, что мы мирные купцы, поэтому не побоялась сблизиться, проскочив у нас по носу на дистанции кабельтова три-четыре.