Возле мыса Тарханкут нас немного покачало. Как по мне, нормальная рабочая погода, а вот молодожены слегли, укачавшись. Впрочем, они и так почти не выбирались из постели, постигая радости обладания друг другом. Что ни говори, а есть морские народы и есть сухопутные. Из кочевников редко получаются моряки. Видимо, у них вестибулярный аппарат настроен на другой вид качки — на лошадиной спине или на бабе.
48
Главное преимущество судовладельца — хочу, плыву, зарабатываю деньги, не хочу, сижу на берегу, занимаюсь другими делами. Никто тебе не указ, кроме собственного кошелька. С деньгами у меня пока что проблем нет, так что могу не напрягаться. Оставив судно на рейде, чтобы не платить портовые сборы, я занялся хозяйственными делами. Сперва купил два клера, расположенных рядом. Они были одинаковой длины, но разной ширины. Первый площадью пятьдесят плетров (около пяти гектаров), а второй — тридцать пять плетров (три с половиной гектара). Бо льший был, так сказать, многоцелевым — разбит на участки, ограниченные стенками из камня и с проходящей посередине канавой, на каждом из которых выращивали какую-то одну культуру, начиная от пшеницы, которую уже скосили, и заканчивая виноградом, еще не созревшим. На этом клере в углу справа от ворот находилось небольшое двухэтажное строение, сложенное из известковых блоков, что-то типа широкой и невысокой прямоугольной башни с толстой дубовой дверью на первом ярусе и узкими бойницами на четыре стороны на втором. Слева от ворот был хлев. Предыдущие хозяева держали здесь пару волов и три коровы. На втором клере поле было ровное и всё засевалось пшеницей. Из построек только одноэтажный домик с плоской крышей слева от ворот и загон для отары баранов. На первом клере в башне я поселил Делми с ее мужем Платором и Дауну с его женой Маригоной. По пути домой мне пришло в голову, что пора бы и Дауну женить. На невольничьем рынке в Херсонесе как раз продавали партию рабов-иллирийцев. Я сперва купил четырнадцатилетнюю девчушку Маригону, а потом решил, что нечего Делми одной куковать, да и работники нужны на клерах, вот и обзавелся тридцатипятилетним Платором. Пусть эти две семьи иллирийцев занимаются земледелием, а Скилур с Аргой — животноводством, для чего поселил скифов на меньшем клере, где приказал построить на месте загона конюшню и хлев. Выпустил там пастись на жнивье жеребца Персеполя, привезенных из Ольвии племенных кобыл и купленных на месте трех коров, которые будут обеспечивать мою разросшуюся, патриархальную семьи свежим молоком и продуктами его переработки. Жнут сейчас, срезая только колосья, так что лошадям и коровам будет, чем питаться. Вдобавок им каждый день привозили свежую, скошенную в горах траву. Выпускать ценных лошадей на горные пастбища я не рисковал. Тавры время от времени наносят визиты в окрестности города и захватывают все, что успеют. Доставшаяся мне от прежних хозяев дома пожилая семейная пара будет помогать Ане по дому. Работа там не трудная, справятся.