Сэро, услышав последнее, побагровел от ярости, и, не контролируя себя, пихнул брата в грудь:

– Ополоумел, Имир?!.. Что ты несёшь?!.. Она чуть-чуть расстегнула пуговицы на блузке, повернулась к окну, потому что я предложил ей плечи помять!

– Нашёл, называется, чем бабу развлечь! – язвительно процедил Имир, пихнув в ответку.

– Да, чёрт возьми, специально! Хотел от неё избавиться! Чтобы перестала требовать явки на бесполезные занятия, трогать меня за все конечности, что попадаются ей под руку! Угрожать родителями! – яростно шипел в ответ Сэро. – Я задолбался выкручиваться и плясать между двумя огнями: Валерием Леонидовичем и директором, сидящим у кобылы на коротком поводке! Массаж – это всё, что я придумал наобум, потому что глазеть в разрезы кофт заколебался! Твою ж за ногу, Имир, ты не представляешь, какая эта Алина настырная! Она настолько охренела, что спокойно блузку с плеч спустила и встала возле окна, как я попросил!

Школьник, выплеснув гнев и обиду, выдохся и чуть успокоился. Братья стояли плотно друг к другу, прерывисто дыша. Имир отстранился, отвернулся, подошёл к окну.

– Я не зажигал с ней, клянусь! – от волнения Сэро произносил слова прерывисто, глотал гласные.

– Верю, – спустя время ответил Имир, не поворачиваясь.

– Слава Богу!

– Заткнись. Вас в окне (точнее, полуголую Алину; ты-то за спиной стоял) увидела учитель по трудам, оживилась, подбежала к кабинету и заглянула. Верно я цепь событий построил?

– Да. – Сэро вытер со лба пот. – Она рывком распахнула дверь, ойкнула и тут же выскочила вон. Мстиславовна с перепугу не успела ни поправить вещь, ни спрятаться за парту. Мне этой подставы было достаточно, потому что я уверовал, что после попадалова англичанка отстанет. Я не думал, что старая кошёлка мою физиономию запомнит!

– Болван! – рывком обернулся близнец. – Ты один на всю школу с белыми прядями ходишь!

– Да они давным-давно отросли! – оправдывался тот.

– Похрен! У тебя рожа заметная, как и у меня – одна на двоих! Нас никто ни с кем не спутает! – Имир повернулся, скрестил руки на груди. – Перейдём к делу. Валерий Леонидович со мной по телефону был максимально тактичен. Подозреваю, что он весь этот гон не особо принял на веру. За что ему огромное спасибо. А ещё огромное спасибо за доверие (если бы Леонидыч потребовал разбудить отца, то дадо бы тебя убил уже и в огороде закопал!). Ты, сука, везучий! Но не во всём.

Близнецы многозначительно посмотрели друг на друга. Сэро покорно вздохнул.

– Трудовичка залезла в кабинет, дабы удостовериться, что престарелые бельма её не подвели, – продолжил анализировать отличник. – Чума кладбищенская убедилась, что всё-таки глаз алмаз, дала прыти до аппарата и растрындела о «массаже» на всю школу, приплетая на ходу для эффекта кучу своих маразматических, не сбывшихся похабных фантазий и домыслов. Да какую, нахрен, школу?!.. Весь город уже знает, сто пудов! Сморщенная кочерыжка не могла упустить такой шанс почесать лясы: сидела в шараге лет тыща сто пятьсот, сраку дряхлую от скуки протирала в кабинетике своём вонючем, заметая в щели сыпавшийся из панталон песок. Плешивое пугало и дальше бы за местное привидение у нас в коридорах принимали, если б не ты!