Сэро глухо рассмеялся. Имир посмотрел на него так, что веселиться мигом перехотелось.

– Не до смеха, дуралея ты кусок! Алина выкрутилась (делаю на ходу логичные выводы из сказанного Леонидычем), спёрла всё на тебя, что ты домогался (заткнись, пока я говорю, сказал!!!), приставал, распускал клешни, и вообще срывал с неё тряпьё, изнасиловать хотел (молчать, пока я говорю!). Она, защищаясь, поставит на кон все свои связи, что у неё имеются где-то там, наверху. – Умник задрал голову и тыкнул пальцем в потолок. – Поэтому её уволят не по статье (тебе нет восемнадцати), а по собственному. А вот наша семья налипла.

– При чём здесь все наши… – Начал было спорить близнец, но отличник его оборвал.

– Нехрен удивлённые балясы пучить! Сэро, мы цыгане. Хоть и живём, как местные, но останемся чужими. Чёрными. Приезжими. И ты это на своей шкуре, как и я, не раз прочувствовал. Да, мы сливаемся с армянами, турками, греками и курдами. Но их в седьмой школе много! А наша цыганская семья – одна такая. Поэтому измажут в грязи нас. Боюсь даже думать о реакции родителей: они столько сделали для того, чтобы фамилия Ибрагимовых произносилась с уважением! А теперь что будет? Тебя хотят выставить слюнявым похотливым извращенцем, выгнать из школы. Я перейду, ладно, в другую. А как же Сона и Роза? Они только учиться начали! Ярош подрастает. Испачкается в этом невольно и Руслана.

Оба брата застыли в раздумьях. Настенные часы насчитали час ночи.

– Значит так, – очнулся первым Имир. – Завтра приходишь в школу к первому уроку, с портфелем (типа ничего не подозреваешь), на взбучку к Николаю Семёновичу и всё отрицаешь. Это был не ты – и точка! Мне плевать, как ты их в этом убедишь!

Отличник опять задумался.

– А ты никого убедить и не сможешь, потому что на кого спустить полканов да обвинить во всех смертных грехах, как не тебя, цыгана, местного оболтуса и Казанову? Алинкины родственнички из высоких кабинетов наверняка потребовали, чтоб тебя убрали. Здесь, кстати, можно скрюченной кошёлке сказать спасибо за обильную болтливость – Мстиславовне сухой из воды не выйти. Молва шикарно по городу гулять пошла!.. Что же ты можешь? Можешь засомневаться заставить. Вполне вариант: упирай, что бабка сослепу перепутала тебя фиг знает с кем, что ты плюс тётка старше – ни за что, и так далее… В общем, крутись, как уж на сковороде! Понял?

– Понял, – вздохнул Сэро, вспомнил о футболке, оделся и присел на кровать.

– Хорошо, – удовлетворённо хмыкнул близнец, залез в постель и накрылся одеялом. – Потом после разборки идёшь к нашему знакомому врачу и соображаешь со справкой. Ты должен потеряться где-то на неделю. До пятницы, например. Типа, стресс, шок… Завтра встаёшь часиков в пять и откапываешь изо всех своих нычек родное баблишко. В шесть твои схроны, вплоть до последней ломаной копейки, должны лежать отутюженными ровными пачками у меня в рюкзаке.