Шура Поспелова посмотрела на дочь словно на малого ребёнка и осуждающе вздохнула.
– Какая ты глупенькая, Люба! Подсядь-ка поближе… Важное кое-что скажу.
Девушка послушалась.
– Доченька, – кассир наклонилась и доверительно заглянула в юное свежее личико. – Главное, удачно замуж выйди и в хорошую семью попади, чтобы как в масле сыр кататься. А деток… Забеременеть и от более подходящего мужчины ты можешь.
Люба обалдела. Кровь отлила от её лица.
– А как же любовь и доверие, мама? – едва прошептала она.
– Говорю тебе честно и открыто, по-взрослому, как женщина женщине: чьи дети, знать будешь только ты. Хочешь нашу породу сохранить, заведи потихоньку любовника. А мужу знать об этом не надо. Главное – замуж удачно выйти.
Оставшийся вечер Люба чувствовала себя нехорошо. У школьницы ныла область солнечного сплетения, от еды воротило напрочь. Вспоминая «доверительные» указания мамы, девушка ощущала, как к горлу подходит омерзительная тошнота. Ближе к ночи её накрыл удушающий приступ рвоты, потом снова, и снова, пока она, пытаясь выкинуть из головы разговор «по душам», не провалилась в глубокий сон, измученная и опустошённая.
Глава 7
Подростки после уроков встретились на углу школы и пошли к дому одного ученика из 10 «Д», живущего неподалёку, чтобы оставить рюкзаки на хранение.
– Здорово, Савельич! – радостно махнул Сэро мальчишке, вышедшему к калитке их встретить.
Савелий оказался сутулым, костлявым, непропорционально сложенным угловатым парнем с донельзя прыщавым лицом. Голова его покоилась на длинной узловатой шее с мощно выпяченным кадыком. Крошечные глаза-щёлочки прятались за массивными очками с толстым стеклом. Одноклассник шмыгнул огромным крючковатым носом и широко улыбнулся, продемонстрировав Поспеловой кривые жёлтые зубы. Ибрагимов по-приятельски похлопал его по плечу, отдал рюкзаки.
– Чаю зайдёте попьёте? – предложил хозяин.
– Нет, Савва, время идёт, а нам надо идти! В следующий раз обязательно зайдём, если Люба согласится. Бывай! Большое спасибо! – брюнет отсалютовал однокласснику и, потянув за собой девочку, пошёл быстрым шагом.
– Консервный стоит тоже на краю станицы, но не на севере, как кирпичный, а на востоке. Топать около часа. Как раз тебе котлованы покажу, когда мимо проходить будем… Эй, ау! Я с кем разговариваю?! Чего киснешь? Ещё в столовой заметил, что ты сегодня какая-то бледная и унылая.
– Со мной всё нормально, не обращай внимания, – отмахнулась школьница. – Этот твой Савелий немного странный…
– Чего это он странный? – не понял повеса. – Нормальный поц. Приятель Имира. Тоже отличник, кстати!