– Да-а-а! Были времена, классах в седьмом-восьмом, когда я, Пахан да Ибрагимовы в родительские дни бродили по старому и новому кладбищам с большими холщовыми сумками, собирали с могилок свёртки, подходили к пришедшим и получали от них угощения! – Коробкин довольно прищурился. – Много нам, пацанам, перепадало: колбаска, котлетки, яблоки, апельсины, яйца крашеные, сырок, пироги, конфеты! Я потом пару недель от пуза лакомился!

– Ух ты! – заинтересовалась сверстница. – И вы не стеснялись ходить собирать?

– Чего стесняться-то? – не понял юноша. – Вообще-то принято брать от дающих в такие дни, как и на похоронах с поминками. Для этого еду на надгробиях и оставляют, чтобы прохожие взяли!

– Я не это имею в виду. – Люба застеснялась, схватилась от смущения за сиденье. – Мама говорит, что собирать зазорно, типа так только бедняки да цыгане делают, побираются.

– А-а-а, понял! Ну, Имир и Сэро вообще-то и есть цыганва! – рассмеялся шатен, а, успокоившись, добавил: – Мы не парились. Малые были. Сейчас гонору побольше, старшая школа всё-таки. А в те времена иначе смотрели. Когда ещё столько свежей добротной хавки на халяву соберёшь? Мне еду взять было неоткуда, Пахану – тоже. Братья жили скромно: батька с ж/д гроши приносил, мамка копейками перебивалась. Соображали пацаны как могли. Близнецы вообще по жизни не теряются: хватаются за всё, что под руку подвернётся, лишь бы в дом что-то припереть. Кстати, баулы со съестным они не крысятничали от своих! Со мной у бабы и деда всегда садились, поминали от души. И близнецам, и Пашке навещать на кладбище некого – они-то не местные, приезжие. Родня в других местах захоронена. Ты, кстати, ещё не надумала с Сэро помириться?

– Вот уж, нет, спасибо! – посерьёзнев, сухо отозвалась Поспелова. – Не вижу никаких причин для мира с этим грубияном и пошляком!

– Ясно, – хитро улыбнулся Денис, посмотрев в сторону.

– Зачем вообще спросил? – недовольно поинтересовалась она, скрестив руки на груди.

– Да так, – уклонился от прямого ответа приятель. – Тебя в общей компании не хватает. Ты же, когда там Сэро, не заявишься!

– Можно подумать, раньше часто заявлялась!

– Раньше было раньше. Сейчас – другое время. И всё поправимо. Поругались из-за ерунды…

– Для тебя ерунда! – холодно перебила девушка. – А для меня – куча гадостей! Если я в своё время так Ибрагимову неприятна была, мог бы и не общаться! Что он себе…

– Оу, всё, Люба, извини! Зря я тему поднял! Давай забудем, о´кей? Твои отношения с Сэро меня не касаются, – быстро свернул разговор Коробкин.

Поспелова благодарно выдохнула. Парень с пониманием улыбнулся, зная, что слукавил.