Денис, прислонившись к шкафу, наблюдал за заворожённой Любой и улыбался. Он не впервой видел, как танцуют братья. Наблюдать девичье восхищение для Коробкина было отнюдь не в диковинку. Близнецы умели быть чувственными, и налипнуть на эту страстность тихой спокойной домашней девочке было проще пареной репы.

Песня закончилась. Имир протянул Любе руку.

– Станцуем?

Девочка хотела было отказать, но вместо этого вдруг прислушалась.

– Цепь гремит! Кто-то пришёл! Раз Туз не лает – значит, свой! Точно, скулит!

Гостям не надо было ни пояснений, ни повторять дважды. Денис секундой упал на пол и, приподняв нижний край кровати, нырнул под неё. Братья мгновенно распахнули шкаф Шурика, залезли вовнутрь и зарылись в ворохе висевшей одежды.

Едва подростки проделали это, дверь в коридор скрипнула. Люба выскочила навстречу, радуясь, что предусмотрительно спрятала обувь мальчишек в бабулин старенький комод подальше от глаз.

– Папа?! Ты вернулся! Что-то забыл?

– Мать отправила за кружевными скатертями, чтобы поминальные столы накрыть, – обречённо вздохнул Василий Михайлович и прошёл в гостиную. – У нас кто-то был?

– Нет! – испугалась она. – С чего ты взял?

– Духами пахнет.

– А это я у брата флакон взяла и надушилась! – нашлась старшеклассница.

– Смотри, чтобы Шурик не поймал! – посмеялся отец. – А то будет тебе!

– Не будет, выветрится! – махнула облегчённо тихоня, но, взглянув на неубранный после чаепития стол, потеряла дыхание. Было видно по количеству посуды, что за столом сидели четверо. Надо выкручиваться.

– Брат был с новенькой Оксаной. Недавно уехали. Я даже тарелки убрать не успела!

– Это ты напшикался так, что за версту разит! – ворчал шёпотом в шкафу Имир.

– Не нуди, а?! – огрызнулся повеса. – Слышишь же, она выкрутилась!

– Спасибо скажи, что у неё ума палата!

– Да хрен тебе! Было б за что! Когда шкура палёным пахнет, и дурак на ходу изобретёт! Нам-то чего? Сбежали бы в форточку, и дело с концами!

***

Оставшийся вечер Сэро, Имир да Люба, расположившись в зале, болтали обо всём, что только приходило на ум в их юные свежие головы.

Денис уехал почти сразу после того, как ушёл Василий Михайлович. Подростки сидели за столом, решив снова попить чая, как зазвонил сотовый. Раздавшийся из динамика девичий голос сообщил, что соскучился и хочет видеть. Люба была уверена, что узнала Наташу, а, взглянув на близнецов, поняла, что догадалась об интрижке не она одна. Парни, возможно, знали даже больше, чем следовало, но комментарии никто отпускать не собирался. Чужие дела, как говорится, никого не касались.