— С удовольствием, с детства мечтал прокатиться на пожарной машине, — ответил я и взобрался на подножку, держась за зеркало и раму двери.

Машина медленно тронулась. Я ехал снаружи и указывал путь между боксами.

Показались открытые ворота автобазы.

— Миша, тормози здесь. Я что, попросил тебя проехаться с нами. Твой дружбан нормально так подшофе. По-хорошему, я должен был вызвать скорую для освидетельствования. Если бы не ты и тот долговязый, то я так и поступил. Понимаешь?

— Да.

— У него ещё спиртное есть?

— Вроде нет.

— Если есть — вылей. И следи за ним, чтобы его задницу сегодня не тянуло на приключения. Если он где-нибудь сегодня ещё нахреновертит, то сложить два плюс два — элементарно. Алкоголь плюс пожар на автобазе. Мало не покажется никому. Ни ему, ни мне, ни вашему вахтёру, ни вашему начальству. Про то, что вы живёте в вагончике, писать не буду. Замучаетесь потом пыль глотать и бегать по комиссиям, объяснять, на каком основании в бытовке люди живут. Но вы смотрите, не ляпните нигде, если будут спрашивать.

— Спасибо.

— Не за что. И вот ещё что: обычное хулиганьё с канистрами бензина по автобазам не шастает. Уж не знаю, что у вас там за история. Но будьте внимательней с этим делом.

— Хорошо. Понял вас. Ещё раз спасибо! — я соскочил с подножки.

— Ну, бывай. Князю Трубецкому большой привет.

Я был потрясён.

— Вы знакомы с Игорем Николаевичем⁈

— А то! Ещё как!

Пожарный улыбнулся.

— От кого передавать привет?

— От мастера спорта международного класса Баркова Сергея Юрьевича.

— Обалдеть! — я читал про вас, но никогда не видел во время соревнований. Вы на «Формуле Восток» в Таллине в прошлом году золото взяли!

— Точно так. Смотрю, у князя хорошая смена растёт. А вас как звать-величать, юноша?

— Меня зовут Саша. Я Саша Каменев.

— Ну что же, честь имею, товарищ Каменев. Миша, поехали.

Красная пожарная машина уехала. А я вернулся обратно.

Трубецкой наутро был крайне возбуждён, ему очень не нравилась ситуация с ночным пожаром.

Руководство автобазы устроило князю большой разнос, не дав вставить слово, ничего толком не объяснив.

Трубецкому только сообщили, что произошёл пожар в том месте, где живут его люди.

Несмотря на неприятности, князь как всегда был сдержан и учтив.

Его гнев выдавали крайняя точность коротких формулировок, отсутствие на лице его обычной доброжелательной улыбки и молнии, сверкающие из глаз.

Руководство автобазы устроило князю большой разбор, ничего толком не объяснив, только сообщив, что произошёл пожар в том месте, где живут его люди.

Никто не собирался разбираться с причинами и проломом, через который пролезли поджигатели.