Серый с улыбкой утвердительно покачал головой и начал перестраиваться, чтобы остановиться в кармане безопасности.

— Серёг, я знаю, что она взяла всю твою семью в заложники, иначе ты бы так никогда не поступил с другом, я тебе прощаю. А теперь слушайте.

— Хорошо, я молчу, чтобы не нарушать хрупкое равновесие между нами.

Я рассказал, как случайно увидел Чингачгука, передающего свёрток Андропову, которому я хотел вернуть кошелёк.

Портмоне до сих пор был у меня, и я для убедительности продемонстрировал его ребятам.

Потом я отправился следить за Чингачгуком, я его опознал как одного из участвовавших в потасовке с нами.

Он привёл меня в Малаховку, на дачу к Махарадзе. Пришлось через соседский забор лезть и подслушивать.

Мы все и раньше знали, что есть подпольный тотализатор на автогонках, такой же как на скачках, но мало кто понимал, как он работает и управляется изнутри.

Надо отдать должное братьям. Они создали вполне рабочую систему, которая почти не давала сбоев.

— Лично я не представлял, что задействованы три команды. Мне казалось, что Давид Махарадзе просто расталкивает всех и побеждает, а его братец просто ставит на него деньги на тотализаторе.

Но оказалось, что всё сложнее. Кроме затирщиков, есть ещё мешалы и фавориты. Затирщики в гонках физически выбивают всех непокорных.

А в добавок у Котэ целая армия солдат, готовых выполнять его приказы. Судя по сегодняшнему дню. Любые приказы.

Мешалы тормозят реального лидера, чтобы фаворит вырвался вперёд. Координируют всё по рации.

— Во время гонки не особо поговоришь. Гонщику не до рации.

— А ему и не надо, у них в машинах стоят приёмники. Они просто слушают и неукоснительно выполняют приказы.

— А кто их отдаёт?

— У них есть человек из клуба радиолюбителей и рации. Формально он передаёт команды, но я думаю, что ему кто-то подсказывает. Этот кто-то сам гонщик, не имея большого опыта, люди не смогут давать точные распоряжения.

— Чёрт, а это отличная идея. Правилами рации не запрещены. Если у гонщиков, тренеров и механиков из одной команды есть рации, то это само по себе уже очень усиливает их позиции. Потому что они могут действовать скоординированно.

— Именно, а таких команд в гонке три. Представь, какое у них преимущество.

— Ну, хорошо. Что ты со всем этим собираешься делать? Я ума не приложу, как использовать эту информацию. Пойдём к Трубецкому или сразу к Юргису Шяудкулису в федерацию.

— Нет. Не пойдём.

— Что значит не пойдём?

Мой авантюрный характер подсказывал мне, что знание схемы работы Махарадзе и синдиката — это самый реальный шанс полностью изменить материальное положение нашей команды.