Хотя и это тоже имело значение.

Я вспомнил, как я приехал к Комбинатору домой на следующий день после пожара.

На первый взгляд квартира Комбинатора представляла из себя удручающее зрелище. Чувствовалось, что в ней давно не было женщины.

А ещё в ней давно не проводили ремонта, точнее ремонт застыл несколько лет назад недоделанным.

Но как говорится: мир жалок лишь для жалкого человека, жизнь пуста лишь для пустой души.

Серые бетонные стены в коридоре, с которых отодрали, но так и не наклеили обои, были использованы как огромная доска для вычислений.

Вся поверхность до потолка была исписана мелом.

Сложные формулы, переменные, клички лошадей, фамилии жокеев и всадников, даты и ставки создавали атмосферу таинственности и какого-то научного безумия. Будто это место существовало в отдельности от остального мира.

Впритык к стенам прямо на полу лежали стопки с бесчисленными книгами. Между книгами оставался узкий проход, предназначенный для перемещения по квартире.

В первый день меня удивило разнообразие тем этой «напольной» библиотеки. Я ожидал увидеть книги в основном по математике, статистике.

Но с удивлением обнаружил труды по биологии, физиологии, сельскому хозяйству, метеорологии, психологии, физике и ещё с десятка дисциплин, свидетельствующих о научных интересах жителей этой квартиры.

Или по крайней мере одного из них.

Я шёл за Комбинатором со сумкой в руке и оглядывался по сторонам, размышляя, сколько времени мне придётся провести в этой норе математика-лудомана.

В квартире пахло пылью и затхлостью. Нет, не воняло, но воздух казался спёртым. Её давно не проветривали.

Комбинатор только что встретил меня, пригласил войти, а потом, закрыв дверь, предложил следовать за ним. Я шёл, едва протискиваясь между книгами. Вдвоём тут не разойтись — при встрече кому-то непременно пришлось бы сдавать назад.

В теории в будущем можно было снять отдельную квартиру, но пока все мои доходы уходили на команду. Я не роптал и был готов к трудностям. Просто боялся застрять тут, как в болоте.

Я слышал, как люди годами живут в коммуналках, ожидая улучшений, которые на протяжении жизни так и не наступают.

— Вот твоя комната, ты прости, я не успел разобрать книги. Можешь пока сложить их у одной стены, а потом, когда закончу ремонт, я закажу шкафы в коридор и заберу их.

Я с сомнением оглядел мою новую комнату. Её единственным преимуществом был широкий подоконник.

Вся площадь пола была завалена книгами, на этот раз совсем без проходов.

Хотя на стенах были задрипанные зелёные обои, но на окнах не было занавесок, а вместо люстры с потолка свисал чёрный патрон без лампочки.