— Читал в одном журнале…

— Да чтоб тебя! — Карась громко, нервно хохотнул. — И почему меня это не удивляет⁈

— В одном журнале, — упорно продолжал я, игнорируя вполне понятную реакцию Карася, — Про методы допроса раненых в состоянии шока. На основе психологических исследований. Нельзя давить силой — организм выключается. Надо действовать на мозг. Аккуратно.

— Психология… — Карась скривился, — Да что ж у тебя за журналы такие, Соколов⁈ Где ты их только берешь? То шифры, то медицина, то психология! Гадом буду, война закончится, из библиотеки год не вылезу.

— «Наука и жизнь», — невозмутимо ответил я, придвигая табурет к изголовью койки.

Про себя подумал — по хрену. Когда война закончится, мне уже все равно будет. Главное, чтоб она закончилась, как положено.

— Дай пять минут, Карасев. Просто постой рядом и послушай. Если не сработает — делай с ним что хочешь.

Старлей колебался несколько секунд. Потом, наверное, вспомнил, как я Лесника на чистую воду перед Назаровым выводил. Кивнул и отошел к стене. Замер, скрестив руки на груди.

— Валяй. Пять минут. Если не выгорит ничего, сам возьмусь.

— Хорошо, — я уселся рядом с кроватью, чтоб хорошо видеть диверсанта.

Достал папиросу, но прикуривать не стал. Просто крутил в пальцах, смотрел в глаза Леснику.

Эх, Карась, Карась… Знал бы он, насколько у меня тяжелая задача. Нужно не только правду из этой сволочи вытянуть. Важно сделать так, чтобы старлей мои вопросы слышал, но не понимал всей их глубины. Чтобы для него происходящее выглядело как обычный допрос.

— Ну что, товарищ майор… Или как тебя там? — произнес я тихо. — Давай знакомиться заново.

Лесник молчал. Смотрел на меня стеклянными глазами. Там, на самом дне, на донышке, плескался страх.

Он понимал, вариант у него один. Но очень сомнительный. Условные «свои» хотели убить. К ним ходу нет. Придётся сотрудничать со СМЕРШ. А это — верная дорога к расстрелу. Не сейчас, конечно. Спустя время. Но только в этот раз помощи ждать неоткуда. «Помощники» если придут — только чтоб добить.

— Ты ведь не Виноградов, — продолжил я, не меняя тона. — Настоящий майор Виноградов сейчас гниет где-то в овраге. А ты просто надел его форму, взял документы…

— Пошел ты… — высказался Лесник и тут же закашлялся, захлёбываясь слюной. На губах выступила розовая пена. Еще слишком слаб.

Его этот героический спич выглядел очень неуверенно. Последнее трепыхание личности, которая уже сломалась, но пока не хотела признавать данный факт.

— Борзый, — кивнул я. — Это хорошо. Значит и на разговор задора хватит. Знаешь, почему находишься здесь? Твой Пророк, которым ты нам возле пакгауза в морду тыкал, отдал распоряжение убить тебя. Списал со счетов. Как использованный материал.