Зашибись. Просто зашибись. Теряем драгоценные минуты, которых у нас на данный момент всего шестьдесят. Через час Курлянд должен знать место, где возьмем банду.

— Миша, — я подался вперед, посмотрел капитану прямо в глаза. — Когда мы ехали из комендатуры сюда, в угро, у меня уже появилась мысль, что нам придется вернуться к Фиме.

Карась моргнул. Раз, другой. Нервно дернул плечом.

— То есть ты еще по дороге к Курлянду все просчитал, а мне даже не соизволил сказать? — процедил он сквозь зубы. — А я чего-то не пойму, старлей, кто у нас командир группы?

— Ты, Миша. Ты командир. — Я протянул руку и положил ладонь товарищу на плечо. — Не злись. Просто пока мчались в угро, еще не до конца сложил в голове все части головоломки. Смотри… Журавлев явно имеет общие дела с блатными. Думаю, вывозит с их помощью из Одессы драгоценности или золото. Об этом мы уже говорили. И вдруг внезапно очередной груз уводит «Черная кошка». Откуда они узнали, как Журавлев передает драгоценности? В комендатуре?

— Вряд ли, — тут же отреагировал Мишка. — Журавлев не идиот, чтобы со своими трепаться.

— Вот именно. Слил подполковника кто-то из блатных — к бабке не ходи. Может, наш замкоменданта жадничать начал, может, просто кому-то не угодил. Черт его знает. Нам сейчас нужна приманка, которая вытащит «Кошку» на улицу. Можно даже не всю банду. Достаточно самых главных. Времени расставлять сети, продумывать стратегии нет вообще. Через несколько часов мы должны забрать Светлова с «губы». Значит, действовать надо нахрапом. Мы вычислим, с кем сотрудничает Журавлев, найдем, кто слил «Кошке» информацию, и через этого стукача попадем прямо в банду. Ты уже у нас известный на половину Союза марвихер. На том и сыграем. Если не будешь сейчас упираться рогом в принципиальность, быстро все провернем. Поехали, а? Детали расскажу по дороге.

Карась несколько минут молча смотрел на меня.

— Когда ты успел все это выстроить в голове? — спросил он после затянувшейся паузы.

— Говорю же, пока ехали сюда. Трясся в кузове и думал. Эта схема окончательно сложилась в голове только в кабинете Курлянда. Дергать командира за рукав посреди напряженного разговора с подполковником милиции — последнее дело. Получилось бы, что опера СМЕРШа между собой шепчутся, как гимназистки. Давид решил бы, что мы темним, ведем двойную игру, и послал бы нас по известному адресу. Без людей угро нам с «Кошкой» не разобраться, Журавлева не прищучить. По крайней мере, в такое короткое время.

Карась еще несколько секунд помолчал. В нем явно боролись ущемленная гордость командира и холодный прагматизм опера. Последний победил. Мишка снова с силой долбанул по кузову.