Карасев замахнулся, будто хотел отвесить Светлову подзатыльник, но в последний момент передумал.
Впрочем, затрещина, даже в воспитательных целях, была лишней. Лейтенант уже понял, насколько он обосрался. Физиономия комсомольца вытянулась, побледнела.
— Товарищ капитан… Я… я всё испортил?
— Представляешь, — подтвердил Карась. Злости в нем больше не было, осталось только напряжение. — И прямо сейчас эта крыса попытается сменить место встречи. На всякий случай. Диверсанты такого уровня не полагаются на удачу. Он лучше перестрахуется, чем спишет появление оперативника контрразведки на совпадение. Бумаги, говоришь, прихватил с собой? Возможно это были бланки пропусков, уже проштампованные… Ладно. Будем работать с тем, что есть. Идем, Соколов.
Карась резко сорвался с места и направился к двери. Толкнул ее. Прямо за порогом маячили дежурный майор и сержант.
— А я? — испуганно спросил Светлов.
— А ты… — Мишка обернулся, посмотрел на горе-опера, — Посиди-ка сегодня здесь. Обдумай свое поведение.
Я бросил на товарища быстрый взгляд, мысленно усмехнулся. Молодец капитан. Красиво слил комсомольца. Нам предстоит серьезное дело. Светлов со своими подходом идеалиста и паладина Святого Устава будет только мешаться под ногами. А тут — вполне уважительная причина не брать его с собой.
— Разрешите искупить вину! Я помогу задержать предателя! — вскинулся лейтенант.
В здоровом глазу Светлова читалась такая искренняя мольба, что на секунду в моей душе шевельнулась жалость. Парень действительно хотел как лучше. Правда, эта жалость тут же испарилась. Мы с Мишкой оба прекрасно понимали, комсомольское «как лучше» реально может нас всех погубить.
— Сидел бы ту уже молча, искупитель хренов, — отрезал Карась. — От тебя вреда больше, чем от фашистской бомбы. Отдохнешь в одиночестве, поразмыслишь о вреде излишней инициативы. В следующий раз, прежде чем махать кулаками и цитировать устав, вспомнишь, ради чего тебя вообще послали на задание.
Мишка крутанулся на месте и вышел из камеры.
Глава 8
Карась велел дежурному отвести нас в канцелярию. Ну, как велел… Выскочил из камеры и рявкнул бедолаге прямо в лицо:
— Канцелярия! Живо!
Майор, если и имел возражения насчет работы провожатым у СМЕРШа, благоразумно промолчал. Решил — себе дороже. Тем более у Мишки было такое зверское выражение лица после общения со Светловым, что даже я не рискнул бы ему говорить сейчас что-то в противовес.
Офицер сорвался с места, помчался впереди нашей парочки, прокладывая путь.
Суть Мишкиной «просьбы» была не только в том, что мы не знаем расположение отделов. Хотя майор может здорово облегчить нам жизнь, сопроводив до нужного кабинета. Имелся еще один нюанс. В компании дежурного ни один внутренний патруль не рискнул преградить дорогу двум гражданским. Удалось избежать нудной проверки пропусков на каждом посту, а это нехилая экономия времени и возможность не размахивать корочками на каждом шагу. Благодаря провожатому мы двигались напролом, словно ледокол сквозь льды Антарктиды.