— СМЕРШ. Транспорт реквизирован для оперативных нужд! — рыкнул Карась, сунув ошалевшему красноармейцу под нос красную книжечку.
Через пять минут мы уже мчали по улице, распугивая прохожих и армейские подводы.
Глава 9
Мы мчали в сторону Слободки. Меня подкидывало и швыряло по салону из стороны в сторону. Все благодаря Карасеву. Он вел машину нагло, агрессивно, нахрапом, игнорируя любые правила. Впрочем, чего еще можно ожидать от Мишки, который в принципе так живет — кладет один небезызвестный прибор на все приличия. Тонкое рулевое колесо крутилось в его руках с бешеной скоростью. Мы летели по истерзанным улицам освобожденной Одессы, подпрыгивая на глубоких ухабах, распугивая прохожих и встречные автомобили.
Проверять адрес на Преображенской не имело ни малейшего смысла. Моя чуйка изначально отвергла эту дохлую идею. Мишкина тоже. Тут мы были полностью солидарны.
Гуревич — опытный диверсант, агент высочайшего класса. Услышав вопли Светлова про СМЕРШ, он моментально сложил два и два. Заподозрил, что контрразведка уже взяла его след. Ждать опергруппу по месту прописки станет только клинический идиот или самоубийца. Аптекарь ни тем, ни другим не является. Он сто процентов направился в свою настоящую, тайную нору. Туда, где хранятся резервные документы, оружие и заначка на черный день. Нам фантастически повезло, что машинистка услышала разговор Гуревича с Яшей. В любом другом случае не факт, что удалось бы взять след. Видимо, это везение было некоторой компенсацией за дурость лейтенанта.
Слободка встретила нас удушливой весенней пылью и специфическим запахом гниющего камыша. Улица Балковская, змеей извивалась по самому дну Водяной балки. Она разительно отличалась от респектабельного центра города с его французской архитектурой и брусчаткой. Здесь царил первобытный хаос окраинных предместий. Бесконечная вереница покосившихся заборов из горбыля, глухие стены складов с облупившейся штукатуркой, заросшие бурьяном огромные пустыри, островки частных домов, выстроенных из грубого ракушечника — такой была открывшаяся перед нами картина.
До войны этот район считался вотчиной портовых грузчиков, мастеровых, налетчиков и контрабандистов. Криминал здесь заправлял всегда. Сейчас, после долгих месяцев немецко-румынских порядков, Балковская будто вымерла. Местные жители предпочитали лишний раз не высовываться за калитки, а потому на улицах было пустынно и тихо. Идеальное место для того, чтобы залечь на дно. Никаких патрулей военной комендатуры, никаких бдительных дворников и любопытных соседей-интеллигентов. Только надрывный лай бродячих собак да скрип расшатанных ставен на ветру.