Канцелярия комендатуры представляла собой огромный зал с высокими окнами. Пространство перегораживал длинный деревянный барьер. За ним, в клубах табачного дыма, как ежики в тумане, перебирали бумажки писари всех мастей — военные и вольнонаемные гражданские вперемешку. Тут же, по другую сторону барьера, толпились обычные посетители.

Треск печатных машинок и гул голосов создавали такой фоновый шум, что нам приходилось переговариваться между собой на повышенных тонах

Майор уверенно толкнул небольшую дверцу, открывая проход, указал рукой в дальнюю часть канцелярии. Видимо там и произошла эпохальная битва Светлова с истинным злом в лице интенданта.

Я сразу обратил внимание на стол возле окна. Он пустовал. А это на фоне творящейся в канцелярии суеты выглядело немного странно. На столешнице царил идеальный порядок: чернильница закрыта, перья сложены ровно. Здесь сто процентов работает какой-то педант. Осталось выяснить — где он.

Внутренняя чуйка настойчиво зудела: отсутствующий писарь и есть наш Аптекарь. Тем более, остальные клерки, суетливо перебиравшие ведомости, под описание Светлова не подходили совершенно.

Карасев, наплевав на приличия, внаглую вломился за деревянный барьер, на служебную территорию. Я просочился следом, оставив дежурного майора за спиной, прикрывать тылы.

Толпа у перегородки мгновенно взорвалась негодованием.

— Эй, уважаемые! У вас шо, глаза не на том месте⁈ Очередь не видют? — возмутилась крепкая тетка рубенсовских форм, яростно потрясая зажатой в кулаке справкой. — Мы тут с шести утра ожидаем⁈

— Куда прете, босяки⁈ — поддержал ее хриплый мужской голос. — Правила для всех писаны!

— Молодые люди, имейте же каплю совести! — крикнул лысеющий старичок в поношенном макинтоше, тщетно пытаясь ухватить меня за рукав пиджака.

Дежурный майор понял, что вверенный ему порядок летит к чертям. Он побагровел, выпятил грудь, шагнул вперед, намереваясь задавить бунт авторитетом:

— А ну отставить базар! Тишина в помещении комендатуры! Граждане прошли по острой служебной необходимости!

Лучше бы он молчал, честное слово. Разогретая долгим ожиданием очередь такого казенного хамства не оценила. Внимание толпы моментально переключилось на новую мишень.

— Служебная необходимость у него! — тетка со справкой картинно всплеснула руками, обращаясь к остальным ожидающим. — Вы поглядите на этого поца с большими звездами! Он мне будет делать нервы за мои же страдания! Мой Фима под Перекопом кровь проливал, а тут два фраера без очереди — и это необходимость⁈

— Товарищ начальник! — ехидно выкрикнули из задних рядов. — Шоб у вас лицо так росло, как вы тут командуете! Откормили на свою голову захребетников! Простому человеку обычную бумажку выправить — шо до Берлина пешком дойти!