Карась тяжело вздохнул, провел ладонью по лицу, словно пытался стереть что-то невидимое. Затем посмотрел на Светлова немигающим взглядом.

— Процитировал устав… — глухо повторил Мишка. — Устав… Наглому тыловику в переполненной комендатуре. Человеку, который тяжелее карандаша ничего не поднимал, но считает себя вершителем судеб.

— Именно! — обрадовался Дмитрий поддержке капитана.

На самом деле это, конечно, была не поддержка. Карась просто повторил вслух то, что с его точки казалось верхом вопиющей глупости.

— А он… — Светлов возмущенно вскинул подбородок, — Он в ответ обложил меня нецензурной бранью и толкнул в грудь! Ну, я и применил силу.

— Эм… погоди-ка, — перебил я лейтенанта. — То есть дал в морду старшему по званию? Опять же, в переполненной комендатуре, в присутствии уймы свидетелей?

— Да! — уверенно ответил Светлов. Даже бровью не повел. — Он уже отошел от перегородки. Я перемахнул через барьер, догнал его, схватил за грудки. Ну и…ударил. Интендант на стол рухнул, бланки разлетелись, чернильница разбилась. Чернила залили ведомости. Майор орать начал, караул позвал. Прибежали комендантские. Потребовали отдать оружие и следовать за ними. Пришлось принять единственно верное решение!

— М-м-м-м… решение… — тихо произнес Карасев, — Какое, интересно?

— Громко, во всеуслышание заявил, что являюсь оперативным сотрудником СМЕРШ! — победно завершил свой рассказ Светлов. — Чтобы прекратили противоправные действия в отношении офицера контрразведки!

Комсомолец замолчал, в камере стало тихо. Слышно было только его прерывистое дыхание.

Ну, ладно, сказать по совести — с точки зрения морали и офицерской чести Светлов поступил абсолютно правильно. Защитил инвалида от тыловой гниды. Тут даже Карась, уверен, в глубине души парня одобрял. Любой нормальный человек на месте лейтенанта почувствовал бы непреодолимое желание размазать жирную рожу интенданта по паркету. Но с точки зрения Устава, Светлов просто начистил рожу старшему по званию. И это — серьезный залет. А с точки зрения оперативной работы — лейтенант с большой долей вероятности засветился перед диверсантом и предателем. Фактически сорвал нам операцию.

Если Аптекарь что-то учуял, понял, зачем оперативник СМЕРШ отирается в комендатуре, то он уже мчится на всех парах подальше от Дерибасовской, чтобы отменить встречу гостя или перенести ее в другое место. И не факт, что мы успеем его перехватить.

Карасев снова вздохнул, прошелся по узкой камере, затем грубо отодвинул Светлова и опустился на шконку. Капитану сильно захотелось присесть. Достал папиросу, помял мундштук, но прикуривать не стал.