— Да все он может. Не хочет просто. Ну да бог с ним. Сейчас мы его свяжем — так, на всякий случай — и отправимся ловить сообщника. Лили, будь любезна, подай мне простынь…

Пока мы вязали моего новоявленного дядюшку обрывками простыней, он наконец перестал изображать молчаливую статую. И принялся сквернословить. Да так, что заслушаешься!

— Мистер Роджерс, — не выдержал наконец Рэддок. — Попридержите-ка язык. Здесь леди!

Полковник выдал новый пассаж.

— Побереги нервы, — посоветовала я, тронув Рэддока за рукав. — Меня, знаешь ли, соленым словцом не удивить.

Пусть я и леди, но ведь леди-детектив!..

* * *

С дверью пришлось повозиться, кто-то — пожалуй, я даже знаю, кто! — сломал ключ в замке.

От запаха дыма першило в горле, но огонь сюда еще не добрался.

Рэддок тащил арестованного — не бросать же его в огне! — так что выбраться наружу оказалось не так-то просто. Но мы справились.

Семья и слуги в пижамах и ночных сорочках толпились на лужайке. Полуодетые люди бегали с ведрами и поливали стены. Кто-то истерически всхлипывал. Какой-то ребенок рыдал, размазывая сопли. Одним словом, дурдом.

— Лили! — закричала Элизабет, когда мы, кашляя, вывалились на крыльцо. — Слава богу! Слава богу…

И спрятала лицо на груди несколько чумазого Чарльза.

Тетки — даже Пруденс! — и кузины вразнобой мне помахали. Кузен Энтони улыбнулся и показал большой палец. Дариана видно не было… Впрочем, он быстро нашелся среди людей с ведрами.

— Как думаешь, кто из них? — наклонившись к моему уху, спросил Рэддок тихо.

Арестованного он до поры до времени закрывал спиной. Не хотел испортить сюрприз.

— Агнесс, — ответила я, не задумываясь. — Во-первых, вспомни о леди под вуалью.

— О, да! Знаменитая леди под вуалью… Думаю, ты права. Это никак не могла быть Пруденс, габариты не те. Да и священник мог ее узнать…

— Именно. Тогда кто? Ведь не кузен Энтони! Зато Агнесс, пожалуй, могла. Набожностью она не отличается и вряд ли часто бывает в церкви, так что отец Джонс вряд ли хорошо ее знал. Остальное — дело техники. Затянуть потуже корсет, надеть шляпу с густой вуалью… К тому же Агнесс, помнится, всегда увлекалась кино. А тут такая возможность сыграть роль! Кстати, ты не находишь, что актер оказался здесь очень кстати? Думаю, ей не составило труда намекнуть Элизабет, что его стоит пригласить.

А потом она, конечно, притворилась, будто знаменитый актер ей вовсе неинтересен. Отводила от себя подозрения. То-то Элизабет тогда так удивилась!..

Рэддок кивнул.

— Удобный подозреваемый. Пожалуй, ты права.

— А еще, — вспомнила я, — она явно рассердилась, когда мать начала показывать мне тот альбом. Почему, спрашивается? До сих пор Агнесс не мешала матери изводить остальных в свое удовольствие.