И тут Кирилл рассмеялся — низким, тёплым, ласковым голосом, и отчего‑то мне стало спокойнее. Хотя ситуация абсолютно ненормальная!

— Алёна, — начал он, но я перебила:

— Нет, нет, давайте без «Алёна, это сложно объяснить». Я уже поняла, что тут все говорят загадками, а если кто‑то и пытается быть честным, то сразу получает подзатыльник, и начинаются хмыканья и только гляделки. Так что вы мне сейчас честно рассказываете, что здесь происходит, а я покажу, что мне нужно передать этой самой Марфе.

Григорий переглянулся с Кириллом, и в этом взгляде было столько невысказанного, что мне захотелось схватить своё одеяло и убежать обратно в спальню. Но вместо этого я сжала амулет в руке, от чего он стал ещё горячее, будто живой.

— Опасность есть, — признал Григорий. — Но не там, где ты думаешь.

— О, отлично. Теперь я знаю ровно на ноль больше, чем раньше, — почему‑то завелась я ещё сильнее.

Кирилл хмыкнул, сидя рядом на стуле, точно так же, как и Григорий буквально минуту назад. И так мне захотелось его треснуть чем‑то! Развернулась к этому мужчине и замерла, пойманная его взглядом, в глубине которого плясали смешинки.

— Чур не драться! — Кирилл поднял обе руки вверх и растянул губы в улыбке.

— Я и не… — начала говорить, но Кирилл склонил голову чуть набок, будто мысленно спрашивая: «Правда?»

Григорий же громко закашлял, снова вырывая нас из какого‑то странного общения, которое я всё не могу понять!

— Алёнушка, ты пойми, мы не привыкли раскрывать все тайны за один вечер. Особенно если гость ещё не допил свой чай, — и он кивнул на кружку, что стояла возле меня.

Чай. Точно. Я даже не заметила, как передо мной появилась чашка с ароматным напитком — пахло травами, мёдом и чем‑то неуловимо родным. Сделала глоток и вдруг поняла: несмотря на всю абсурдность происходящего, я не чувствую страха. Только любопытство. И странное ощущение, что я наконец‑то оказалась там, где должна быть. Будто сейчас откроется дверь и войдёт дедушка, насвистывая незамысловатый мотив под нос…

Мотив… дедушка… Я подняла взгляд на Григория, который внимательно следил за мной, и замерла.

— Та‑а‑ак, а вы знали Захара Лесничего? — сказала я вслух, ставя чашку на стол и внимательно следя за реакцией Григория.

— Знал, — чётко ответил Григорий, но в его взгляде мелькнула боль, что слишком сильно отозвалась и во мне.

— Тогда давайте по порядку! — строго сказала я. — Что именно мне нужно знать прямо сейчас? И можно ли это уместить в три предложения без намёков и запугиваний тьмой, медвежьей кровью и так далее по списку?

— Вот это мне нравится! Вот это настоящая внучка Лесничего! — довольно засмеялся Григорий. — Прямота и чёткий план. Кирилл, ты нашёл себе достойную пару!