— И ты его увидела за окном вашей комнаты? — голос Григория наполнился стальной, холодной яростью.
— Да, — выдохнула шёпотом. — Я увидела сначала чёрного медведя, а потом на его морде проявилось лицо Антона. Только он был… злой или даже в бешенстве!
Я подняла взгляд на Кирилла и поняла, что меня насторожило в резкой тишине. Кирилл смотрел перед собой, но вокруг нас даже воздух потрескивал от напряжения и сдерживаемой ярости. Вот только злился сейчас именно человек, а не мишка. Я так сосредоточилась на его внутреннем облике, что пропустила изменение внешнее.
— Кирилл? — позвала я его и чуть отпрянула, положив руки ему на грудь.
Но сама задержала дыхание от открывшегося зрелища. Мои руки снова сияли лёгким голубым свечением — будто люминесцентные, но сейчас же не ночь! А я…
— Кто я теперь? — задала вопрос, вероятно, вслух, так как почувствовала, как взгляды мужчин прикипели ко мне.
Глава 22
Глава 22
Страшного же ничего не происходит. Ну, подумаешь, я всю жизнь жила с убеждением, что мир прост и понятен. Просто кто‑то больше любит бывать на природе и жить среди свободы бытия, а кто‑то, наоборот, стремится в город, так как шум и люди привлекают и манят их.
Вот я же жила столько лет среди городской суеты и… и находила спокойствие, только когда могла выбраться за город или в парк.
А Кирилл…
— Ты — моё самое большое сокровище, Алёна, — выдохнул Кирилл и накрыл мои руки своими.
По телу пробежали лёгкие иголочки покалывания от нашего соприкосновения, будто электрический ток. Тело содрогнулось от предвкушения чего‑то большего, и мне ужасно захотелось, чтобы Кирилл прямо сейчас поцеловал меня.
Это вообще что такое? Это как?
— Кх, я, конечно, всё понимаю, и мне, честно, жаль вас двоих, но сначала разговор! — громко и с расстановкой произнёс Григорий, возвращая нас в мир живой.
В мир, где Тьма заглядывает в окна и является в облике человека, который был вхож в мой дом. Где по лесу бродят голые… берендеи. Где руки могут светиться — ну почему бы и нет!
— Да, давайте сначала разговор, — так же уверенно и севшим, низким голосом ответил Кирилл.
Он развернул меня к столу, а я действительно осознала, насколько проголодалась. От вида свежего, пускай и немного уже подостывшего жареного мяса во рту собралась слюна. И чай… А вот запах чая действительно немного успокоил.
Улыбнулась своим мыслям и, присев на предложенный Кириллом стул, подняла взгляд на Григория.
— Ты тоже решил перейти на успокаивающий чай? — кивнула на его кружку. Но, не дожидаясь ответа, улыбнулась и бросила взгляд на Кирилла, у которого глаза снова вспыхнули таким тёплым янтарём. — Кирилл тоже вчера пробовал успокоиться чаем.