Я уже хотела снова подойти к его столу и поинтересоваться, не хочет ли он чего-нибудь еще, как вдруг входная дверь распахнулась настежь, и в нее один за другим ввалились два темноволосых паренька, одинаково веснушчатых и голубоглазых.

— Привет, Кристина, — сказал мне один из них.

— Привет, Марк, привет Морис, — улыбнулась им. — Вы снова за пирожными?

— Ага, — кивнул Марк. — Мама сказала, надо купить целых пять штук — для нее, папы, бабушки и нас самих.

— Хорошо, — кивнула я. — Значит, вашу маму уже выписали из больницы?

— Выписали, — ответил Морис. — Правда, ходит она пока на костылях, но доктор сказал бабушке, что осенью мама сможет снова кататься с нами на роликах.

— А как она чувствует себя сама? — поинтересовалась я.

— Не очень, — честно признался Марк. — По ночам стонет и даже плачет. Говорит, что очень болит нога — та, которую врачи собирали по кусочкам.

Я кивнула и, отвернувшись, чтобы упаковать сладости, влила в них по нескольку капель эликсира, укрепляющего физическое здоровье. Думаю, никому из членов семьи Марка и Мориса это не навредит, а их несчастной матери будет гораздо легче переносить последствия своей травмы.

Пока братья отсчитывали мне деньги за пирожные, в кофейне появилась очередная посетительница — маленькая сухонькая старушка в простеньком платье в цветочек и тяжелых черных туфлях.

— Здравствуйте, госпожа Роуз, — улыбнулась я ей, когда близнецы отправились на выход. — Как ваши дела?

— Здравствуй, милая, — скромно улыбнулась она в ответ. — Спасибо, все хорошо.

— Вам как обычно — двойной эспрессо с сахаром и овсяное печенье?

— Да, буду тебе очень признательна.

Выполняя заказ, я то и дело чувствовала на себе внимательный взгляд потягивающего латте мужчины, и от этого мне было несколько неуютно.

— Знаешь, Кристина, я хотела зайти в твою «Кофеинку» еще вчера, но почему-то не смогла ее найти, — сказала госпожа Роуз, когда я поставила перед ней поднос с чашкой и печеньем.

— Вчера у меня был выходной, — ответила ей. — По понедельникам кофейня закрыта.

— Нет-нет, Кристина, — покачала головой старушка. — Я в принципе не нашла твое заведение. Милые девушки из соседнего зоомагазина сказали, что никакого кафе тут нет и никогда не было. Я еще удивилась — как же не было, если я дважды пила здесь эспрессо? Потом прошлась по улице еще раз и все равно не нашла ни вывески, ни закрытой двери.

Я пожала плечами.

— Наверное, вы просто перепутали улицу, госпожа Роуз. В следующем квартале есть точно такая же парикмахерская и точно такой же зоомагазин. Они — сетевые, принадлежат одному владельцу, а потому выглядят одинаково.