В следующий раз Микаэль пришел ко мне через два дня — вечером во вторник. По привычке заказал двойной латте, уселся за столик у окна и терпеливо рассматривал улицу до тех пор, пока из кофейни не ушел последний посетитель. После этого он пересел на стоявший у стойки высокий стул и вперился в меня внимательным взглядом.

— Как твои дела, Мик? — спросила я у него. — Сегодня мы еще не успели поговорить.

— У меня все хорошо, — ответил мужчина. — А побеседовать нам действительно нужно. У тебя ведь вчера был выходной, верно, Крис?

— Верно.

— Знаешь, в понедельник днем я проходил мимо твоей кофейни. И не нашел ее. Нарочно прошелся вдоль дома четыре раза, осмотрел каждое крыльцо, каждую вывеску и не обнаружил ничего, что напоминало бы о «Кофеинке». Тогда я по примеру бабули, что пьет у тебя по вторникам и четвергам эспрессо с овсяным печеньем, зашел в зоомагазин, парикмахерскую и к парню, который ремонтирует компьютеры. У всех спросил одно и то же: где находится ближайшая кофейня. И все, как один ответили — на соседней улице. О баристе Кристине и ее «Кофеинке» никто из них не слышал. Компьютерщик, правда, вспомнил, что в прошлом году рядом с его мастерской красивая светловолосая девушка открывала кафе, однако оно почти сразу закрылось. Сегодня утром снова прохожу мимо этого дома, и что же вижу? Кофейня на месте, а вместе с ним и ты, и твои смешные посетители. Я точно знаю, что я — не сумасшедший, не наркоман и не лунатик. При этом своими глазами видел, как заведение общепита, то исчезает, то появляется, будто по волшебству. Что происходит, Кристина?

Несколько секунд я молчала.

— Если отвечу, ты решишь, что я над тобой смеюсь, — наконец сказала ему.

— А ты не смейся. Просто скажи, как есть.

Врать не хотелось совершенно.

— Мик, зачем тебе это надо? Если считаешь, что с «Кофеинкой» происходит что-то неладное, никто не мешает тебе просто перестать ее посещать. Я на это ничуть не обижусь.

— Предлагаешь мне проваливать по добру по здорову? — усмехнулся он. — Нет уж, Крис, я останусь. Не подумай, я не стараюсь уличить тебя в чем-то постыдном или противозаконном. Я знаю: ты — самая прекрасная девушка на свете, которая искренне сопереживает людям. Но я хочу разобраться, что к чему. У тебя ведь есть какая-то тайна, верно? Ты, конечно, не обязана мне ее рассказывать, однако будет справедливо, если я взамен расскажу тебе свой секрет. Согласна?

— У тебя есть секрет? — удивилась я.

— Есть, — кивнул Мик. — Я не люблю кофе. Терпеть не могу. Признаю только чай, компот и какао. Ну еще минеральную воду и молоко.