* * *
Лунный свет пробивался сквозь неаккуратно заколоченные окна в большой зал скотобойни. Из щелей в стене выползали крысы. Одна из них, особенно толстая и старая, не торопилась. В привычных запахах сегодня появились незнакомые ноты. Пахло едой. Это будоражило. Парочка молодых крыс были не такие терпеливые и сразу двинулись вперед, подкрадываясь к одной из комнат, где пахло особенно интересно. Старую же что-то смущало. Она долго принюхивалась, потом разглядывала потолок зала, на котором луна рисовала большую тень, похожую на огромного паука. Очень огромного паука с невообразимым количеством длинных черных лап.
Время шло, тень, похожая на паука, так и оставалась тенью. Но вот из комнаты пахло уж очень вкусно. И вроде бы всё нормально. Всё как всегда. Никакой опасности. Что же тогда ее смущает? Вот уже молодые крысы осторожно, короткими перебежками подошли к комнате. Вот уже одна из них набралась смелости и нырнула внутрь. Как же хочется есть. Может, тоже побежать за ней, пока она там все не сожрала в одну морду?
Внезапно темнота в комнате шевельнулась, молодая крыса пискнула и повисла в воздухе, проткнутая длинным тонким лезвием. Загорелись два оранжевых глаза, и Животное отбросил мертвую крысу назад в коридор. Поглядел вокруг, но, не заметив никакой дополнительной угрозы, снова закрыл окуляры.
«Вот так-так», — подумала старая крыса и затаилась. Комната оказалась не самым гостеприимным местом. Но спустя четверть часа ничего больше не происходило, и крыса вместе с оставшейся молодой товаркой подошла к убитой. Они вместе вцепились в тушку и потащили ее назад в нору. Да, не самая лучшая еда. Но не пропадать же добру.
Внезапно в конце коридора как гром затопали тяжелые керамические лапы, и к ним на этаж поднялись два огромных чудовища, от которых пахло углём, дымом и машинным маслом. Крысы спрятались в тёмном углу и с тревогой проводили две массивные фигуры, что прошагали рядом.
Животное снова открыл окуляры, но увидел, что это всего лишь их големы. Дошагали, дурни, до скотобойни наконец-то. Автоматон встал, шепотом приказал увальням сесть в углу и выдал по порции угля. Потом поправил дырявое одеяло, под которым тихо сопела девочка. Проверил, всё ли нормально у Фёдора. Лицо человека было, как всегда, хмурое. Внезапно, не открывая глаз, человек пробурчал что-то непонятное и в то же время угрожающее. Даже во сне с кем-то ругается. Автоматон оскалился, тихо сел рядом со входом и плавно стал погружаться в энергосберегающий режим.
Долгие мгновения больше ничего не происходило, только две крысы сбежали прочь, бросив труп товарки. Попозже вернутся, когда всё успокоится. Когда они завершили свое дело и скрылись в щели, которая вела в подвал, снова повисла тишина. Только лунный свет давал причудливые тени.