Снаружи кто-то рассмеялся и раздался крик:
— Проезжайте!
Грузовик заскрипел, а потом дернулся, начав движение. Спустя минуту Зюйд зажег фонарь. Фёдор сидел, опустив голову, так и не убрав револьвер назад. Рука всё еще подрагивала.
— Что, Сорока, бодрит? — радостно заявил младший. Он улыбался.
Фёдор медленно снял со взвода курок и кое-как запихал оружие в карман.
— Не знаю как ты, а я вмажу, — заявил Зюйд, потом достал из ящика мешочек с ягером, стал с ним возиться. Лицо его осветилось желтым.
Через несколько секунд, блаженно улыбаясь, он откинулся на спину и закрыл глаза.
— Солнечный — это вещь, — пробормотал он. — Будешь?
Фёдор отрицательно покачал головой.
— Знаешь, Сорока, — на лице Зюйда играла улыбка, — это все хрень. Я сюда пошел не грузчиком работать. Здесь всё по уму надо обстряпать. Вот поглядишь, через несколько лет будешь на меня работать. Ящики таскать.
Младший хохотнул, а Фёдор открыл крышку у контейнера с хуном, достал оттуда кусочек темно-зеленого теста. Проглотил. На вкус он был как жареный зеленый лук, смешанный с сеном. Вкус был резкий и не очень приятный. В виде пирожка он явно был получше.
Через несколько минут на душе стало спокойнее. В кузове стало как-то светлее и снова появились краски. От болтающегося на крючке фонаря на младшего Зюйда сползали золотистые змеи. Тот расслабленно улыбался и не обращал на них внимания.
— 'Ты знал, что именно так все и будет, — заявил мягкий голос в голове у Фёдора. —Если ты связываешься с бандитами, то ничего удивительного, что рано или поздно за тобой придет полиция".
—«Убегай отсюда» , — заявил второй, грубый, голос.
—«Иначе рано или поздно всё это плохо кончится» , — поддакнул первый.
— Мне нужны деньги, — сказал им Фёдор. — Бокс вам не нравится. Долги выбивать тоже. А ничего другого вы не предлагаете.
—«Пфф, деньги» , — фыркнул грубый.
— А нечего тут тогда разводить. Мне себя кормить надо. И вас, кстати, тоже.
Против этого аргумента голоса ничего не ответили.
— Сорока, что ты там бурчишь? — спросил Зюйд, облепленный золотыми змеями.
Фёдор ничего не ответил.
* * *
Девушка шла по дорожке мимо черных кривых деревьев. Каблуки ботинок глубоко уходили в размокшую землю и опавшие листья. Она вглядывалась в ряды могил, чтобы не пропустить нужный ряд. Было очень тихо, только вдалеке отрывисто каркали вороны. Вот нужный ряд. Недалеко от поворота стояла массивная фигура в черной кожаной куртке и кепке. Девушка, аккуратно ступая, подошла и встала рядом.
— Привет, Федь, — тихо сказала она.
— Лиззи, — не поворачивая головы, кивнул Фёдор.